— Нет. Я хочу быть похожим на вампира. Сечешь разницу?

— Секу. Ну ладно, Глеб, мне пора.

— Подожди!

— Что?

— Ну… Давай я тебя в кафе свожу.

— Зачем?

— Выпьем кофе, поболтаем. Разве двум людям не о чем поговорить? Или тебе неудобно, что знакомые могут заметить тебя с готом?

— Нет, все нормально. Идем в кафе. А в какое?

— Тут есть одно, ориентальное. Называется «Дневник».

— Так там же, наверное, одни студенты собираются.

— Ну и что.

— Ладно, пойдем.

Они добрались до кафе, сели за свободный столик. Глеб заказал им кофе и пирожные. Слава богу, кафе было почти пустым, так что на них — великовозрастную даму и почти пацаненка — никто не обращал внимания.

Лиза пила кофе и опять наслаждалась этим простым процессом — пить. Когда она была умертвием, вода была ей запрещена в любом состоянии. И вот теперь…

— Расскажи мне о себе, — ни с того ни с сего сказал ей Глеб.

— Что именно тебя интересует?

— Ну, например, замужем ли ты?

— Замужем.

— И кто твой муж?

— В смысле?

— Кем работает?

— А, он логист в одной фирме. Он у меня тихоня, программист по образованию. Весь в своих компьютерах.

Лиза лгала и не понимала, зачем лжет. Но ложь лилась с ее языка свободно, как многоструйная река. В самом деле, не о Леканте же рассказывать этому мальчику! Только нарываться на сочувствие и плохо завуалированную жалость.

— А твой муж знает, какая ты драчунья? — усмехнулся Глеб.

— Да, он в курсе, — улыбнулась и Лиза. — Мы с ним совпадение противоположностей.

— А дети есть?

— Детей мы еще не планировали. Сначала я должна защитить диссертацию.

— А ты пишешь диссертацию?

— Ага.

— О чем?

— О священной горе Кайлас. Знаешь, это сакральное место для всех буддистов, находится в Тибете.

— Знаю, — неожиданно сказал Глеб. — Я там был с приемным отцом. А скажи…

— Нет, погоди, хватит строить мне допрос. Лучше расскажи-ка ты, как учишься.

— Нормально учусь. Без троек.

— А девушка?

— Что девушка?

— Твоя девушка как учится?

— Не знаю. У меня нет девушки.

— Слу-у-ушай! Это недочет, который легко поправить. У меня есть знакомая фея…

— Нет, ради бога, не надо меня ни с кем знакомить! Хочешь, я лучше расскажу тебе, как был на Кайласе?

Лиза притянула к себе тарелку с пирожным:

— Рассказывай.

Шамбала

Время неизвестно

Друкчен утратил ощущение времени. Боль наполняла все его существо, но лекари делали все возможное, чтобы облегчить эту боль. Они давали Друкчену питье, в состав которого наверняка входили наркотики, в результате чего он терял связь с реальностью и видел то, что видеть просто невозможно.

Так однажды он увидел возле своей кровати чудовище. Это была гигантская сороконожка, в рост человека, с черным лоснящимся телом и многочисленными оранжевыми суставчатыми лапами. Самое ужасное, что у нее была человеческая — девичья — голова. Сороконожка обратила к Друкчену свое лицо, и он был потрясен, узрев, как прекрасно это лицо. Он никогда не видел таких красавиц! Но тело, тело сороконожки!

— Это Бардо, — прошептал тогда Друкчен. — Я попал в ад.

Он долго кричал, и сороконожка пропала. Зато со временем вокруг импровизированного ложа Друкчена появились плотные белые занавеси. Главный лекарь сказал, что это нужно для того, чтобы к Друкчену не поступало ничто низменное и загрязненное. А однажды, меняя раствор, в котором находилось тело Друкчена, лекарь сказал:

— Друкчен, принцесса Ченцэ оправилась от болезни и хочет поговорить со своим спасителем.

— А кто ее спаситель? — удивился Друкчен.

— Ты, глупец! Жди, скоро она придет к тебе.

Друкчен равнодушно кивнул головой. Его не волновала принцесса. Он думал о том, сможет ли когда-нибудь ходить и вообще ощущать свое тело.

Однажды, когда Друкчен лежал, забывшись сном, к нему пришел лекарь и разбудил его.

— Друг мой, — сказал лекарь. — Сюда пришла принцесса Ченцэ. Она будет сидеть за занавесью, потому что тебе не положено глядеть на лицо принцессы. Но вы поговорите.