— Все нормально, Корн. Нашли. Узнали. Все будет хорошо. — Коротко, но вполне доходчиво. — Все подробности чуть позже. А сейчас налей нам по бокальчику вина для сугреву, а то мы промокли до нитки, погода на улице — брр!

— А! Да! Я сейчас! Я мигом! Я все сделаю! Уже бегу!

И он, словно вепрь на охотника, бросился к барной стойке (пустой в данный момент), опрокинул по дороге пару столов, но даже не заметил этого.

— Перман, вина! Быстро! Твои гости замерзли и могут окочуриться в любой момент! Не думаю, что скоропостижная смерть постояльцев послужит прекрасной репутацией твоему дивову заведению!

Не слишком многочисленные посетители, в основном люди и два нежно-зеленых тролля, озабоченно обернулись на грохот и рев, но с прискорбием поняли, что драки не намечается, их покою и оплаченному ужину ничего не грозит, а потому быстро потеряли интерес к происходящему.

Я ошарашенно проводила взглядом оружейника и обернулась на своих спутников за разъяснениями. Но Мираб тоже был безмерно удивлен таким категоричным заявлением о нашем предсмертном состоянии и смотрел на меня не менее озадаченно, чем я на него. А вот Полоза, кажется, все это немного позабавило. По крайней мере, он выдавил из себя что-то отдаленно напоминающее улыбку, причем одностороннюю, вторая же половина лица, словно парализованная, осталась до противности серьезной, и принялся стягивать с себя промокший насквозь плащ.

Нам с Мирабом ничего не оставалось, как только последовать его примеру. Но от маленькой пакости я все же не удержалась, в непосредственной близости от благоверного встряхнула-таки своей мокрой одежонкой. Да так, что обрызгала его с ног до головы.

— Ой, извини, — с самым невинным видом покаялась я, развешивая свой плащик поближе к очагу, чтобы быстрее просох. — Я нечаянно.

Полоз пробурчал что-то себе под нос, способное означать как «ничего страшного», так и «убью, зараза», но мстительных действий пока не предпринимал. Наверное, на потом обиды копит, чтобы за все разом рассчитаться.

Мираб прыснул в кулачок, но под злобным змеиным взглядом сделал вид, что закашлялся (или на самом деле в зобу дыханье сперло), чтобы ненароком не попасть под несвоевременную раздачу.

Корн довольно быстро вернулся вместе с Перманом. Оба несли по внушительному кувшину вина и тарелки с закусками. Ловко поддев один из опрокинутых столов, оружейник вернул его в нормальное стоячее положение и, протерев рукавом, сгрузил на столешницу всю снедь. Хозяин сего заведения, хоть и был с Корном примерно одной комплекции, справился с сервировкой стола более грациозно и споро. Мастерство не пропьешь.

— Не слишком ли много согревающего, — кивнул на кувшины Полоз, устраиваясь за столом и голодным взглядом окидывая расставленные тарелки с аппетитно благоухающей едой. Чуть не облизывался в предвкушении сытного ужина. — Мы, конечно, замерзли и промокли, но не до такой же степени.

— Ну останется и останется, — пожал внушительными плечами оружейник. — Не пропадет, — и щедро налил нам по полной. Даже Мирабу.

Мелкий зарделся от удовольствия, что его досрочно причислили к взрослым и оценили неимоверные заслуги по достоинству, но радость эльфыреныша была недолгой. Я бесцеремонно отобрала кружку у успевшего возгордиться невесть чем мальчишки и отставила ее в сторону, а на Корна глянула так, что тот сразу виновато потупился.

— Извини, не подумал. Перенервничал, понимаешь ли…

— Bay! Это мое! — обиженно возмутилось неразумное дитя и потянуло к отобранной кружке шаловливые ручонки. Но кто бы ему отдал.

— Детям хмельное вредно, — назидательно изрек Полоз. — Оно пагубно влияет на умственное и психическое развитие растущего детского организма, ослабляет память, ухудшает концентрацию внимания и вообще приводит к развитию полной моральной деградации личности в целом. А еще ведет к ряду серьезных физических отклонений и уродств.

Эльфыреныш впечатлился. И еще как, даже ручки под столом спрятал, чтобы они сами ненароком не цапнули и против воли владельца не отправили в рот «источник моральной деградации».

— А вот от горячего молока тебе хуже точно не будет. — Мой благоверный взял дымящийся стакан из рук так вовремя подоспевшего Пермана и сунул его под нос сразу скуксившегося Мираба.

— Но оно с пенками! — жалобно проблеял мальчишка. Как же я его понимаю, сама терпеть не могу эту гадость.

— Ты еще крови попроси, — еле слышно процедил сквозь зубы Полоз.

— А вот и попрошу! — вызывающе прошипел в ответ вредный эльфыреныш. Кажется, его порядком достала манера нашего навязчивого защитника брать на слабо.

— Ну попроси, попроси. — Змееглазый подстрекатель откинулся на спинку стула и насмешливым взглядом смерил худенькую фигурку мальчишки.

— Прекратите оба немедленно, — попыталась вклиниться я в их опасную перепалку, но безуспешно, меня нагло проигнорировали. Или просто не услышали. Корн же переводил ничего не понимающий взгляд с одного на другого, но мужественно молчал.