— Салли, с каждой минутой ты нравишься мне все больше и больше. В тебе самым непостижимым образом сочетаются благородство и отчаянность, храбрость и страх потерять себя, доброта и язвительность, любовь и недоверие. Ты запуталась, Салли. Запуталась, потому что вокруг тебя происходит слишком много событий, смысла которых ты не понимаешь. Или же просто боишься понять.

— Ничего, я разберусь, — поспешила заверить я, но уверенности в моем голосе не чувствовалось.

— Может, стоит попросить помощи? — Эльфырь склонил голову набок и так проникновенно заглянул мне в глаза, что я невольно смутилась. Такое впечатление, что он знает обо мне гораздо больше, чем я сама.

— Еще скажи, что мне надо перед тобой исповедаться.

— Хорошая идея.

— Спасибо, конечно, но я уже однажды совершила подобную глупость и второй раз на те же грабли наступать не собираюсь.

— Никогда не предполагал, что меня, правителя Пара-Эльталя, можно сравнить с огородным инвентарем, — изумился Зелин. — Но в любом случае я не те же грабли, другие. Может, стоит попробовать? Только не с разбегу, а осторожно, чтобы удар черенком по лбу оказался необходимым откровением, а не очередной черепно-мозговой травмой.

— Зачем тебе это? — Я не понимала, на что ему мои откровения.

— Ты уже пошла наперекор многому: себе, людям, отцу, своему страху. И именно благодаря этому качеству мой единственный и горячо любимый сын сейчас жив. Любая посильная помощь с моей стороны будет лишь маленькой толикой благодарности за твою самоотверженность.

— А если мне не нужна благодарность?

— Зато тебе нужна помощь. И поверь, я один могу дать тебе гораздо больше, чем все те, с кем ты до сих пор встречалась.

— И что же такого ты можешь мне дать, чего не было до этого ни у кого?

— Информацию, которой тебе так не хватает.

Я невольно вскинула на лиебе полные надежды глаза. Неужели у него есть средство, как расторгнуть мой брак с Полозом? Но стоит ли верить тому, о ком и так ходит слишком много недостоверных слухов? Да и знаю я его всего-то без года седмицу.

Зелин расценил мой вопросительный взгляд по-своему.

— Думаю, стоит тебе сначала кое-что показать, — и, легко подхватив меня сильными руками, взмыл в воздух. Слабый испуганный писк саламандры, судорожно вцепившейся в ворот гнусного похитителя, уже ничего не решал в безмолвном ночном пространстве.

Лететь вниз спиной, когда, кроме сосредоточенного, пусть и невероятно прекрасного мужского лица, ничего не видно, было жутко и неприятно. Всегда предпочитаю смотреть, куда иду, а тут мало того что направление уже безвозвратно потеряно, так еще и подо мной зияла неимоверная пугающая бездна. Я высоты, конечно, не очень боюсь, но как-то неприятно, что твоя судьба в такой момент зависит от силы чужих рук и, что уж греха таить, от прихоти меня держащего.

Я еще крепче ухватилась за воротник белоснежной рубашки и осмелилась слегка повернуть голову, чтобы хоть немного сориентироваться в пространстве, но лучше бы этого не делала. Кроме чернильной темноты внизу и далеких звезд наверху, рассмотреть мне не удалось ничего, а вот тошнота неожиданно накатила. Здорово! Никогда не укачивало, а тут нате вам — пожалуйста!

Чтобы не искушать собственный организм, я предпочла снова повернуться к лиебе и больше не отвлекаться на сомнительный пейзаж за бортом, точнее, отсутствие такового. Огненные крылья легко рассекали воздух, мужское тело приятно согревало меня своим теплом, не давая замерзнуть на ветру, а я из последних сил боролась с отвратительными спазмами желудка. Даже тревога за собственную судьбу малодушно отступила на дальний план.

— Мы почти на месте, — заметив мой сильно позеленевший вид, забеспокоился Зелин. — Уже снижаемся, потерпи немного.

Я в ответ только обреченно сглотнула, моля это самое неведомое место сжалиться надо мной и отправиться к нам навстречу. Открыть рот и сказать что-нибудь более вразумительное просто не смогла.

Но прилетели мы куда-то действительно быстро. Однако земля встретила меня не очень вежливо. Она предательски пыталась выскользнуть из-под ног и всячески мешала нормальному перемещению. Мутило по-прежнему сильно. Я прислонилась лбом к какому-то дереву, обхватив ствол руками, и постаралась продышаться. Зелин принес откуда-то штоф с водой.

— Пей!

Я жадно припала к горлышку. Вода была холодной, чистой и даже сладковатой на вкус, и уже после нескольких глотков мне стало легче. А когда показалось донышко, от моего недомогания не осталось и следа, по телу разлилось приятное тепло.

— И что это за волшебный напиток? — поинтересовалась я, с сожалением заглядывая в уже пустую емкость. — Приворотное зелье?

— Считаешь, что мне надо прибегать к столь ненадежному средству для привлечения внимания? — хитро улыбнувшись, поинтересовался эльфырь. Я горестно вздохнула, бросив на него мимолетный взгляд. Уж от чего от чего, а от скромности правитель Пара-Эльталя точно не умрет. Как, собственно, и от старости. Если судить по внешнему виду, то он вполне за ровесника Полоза сойдет. Интересно, сколько ему лет на самом деле?