— Дело рук химика, — нахмурился Шар.

— Похоже на то. Но магия тут уровня Зимних. Они спрятали пол-акра земли, просто очертив круг!

— Деспоты не используют порошки, — ответил Шар. Тамани фыркнул про себя: называть Зимних деспотами грубо даже по меркам стражей, — Порошок выдает химика с головой.

— Или мы имеем дело с новой разновидностью троллей. Лорел швыряла в них цезафум, а им хоть бы что. И сыворотки слежения не действуют. Барнс был неуязвим для всего, кроме свинца. Причем только когда этот свинец полетел ему в голову.

Шар задумался.

— Может, и так. Но в нашей истории были очень могущественные химики.

— Не за пределами Авалона. Кроме одной изгнанницы, и та сгорела лет сорок — пятьдесят назад.

— Точно, видел своими глазами. А вдруг у нее был ученик? — Шар помедлил. — Есть ведь юная фея… Сомневаюсь. Даже если Юки — Осенняя, она слишком юна. Выпускник Академии способен овладеть такой магией лет в сто, не раньше, не говоря уж о дикой фее.

— Всякое бывает.

— Да я вижу. — Тамани махнул рукой на порошок. — И голубой порошок, и твоя идея. Почему ты выбрал соль?

— Проверял одну теорию. Пока результаты обнадеживают.

Понимая, что Шар не намерен распространяться, Тамани присел и стал рассматривать голубой порошок.

— Можно взять мешочек?

Шар молча положил холщовый узелок ему на ладонь. Тамани зачерпнул лезвием кинжала немного порошка и высыпал внутрь. Потом подумал и прочертил кинжалом линию, пересекающую голубой круг.

— Что ты делаешь? — спросил Шар.

— Думаю, если круг разомкнуть, он утратит силу. Тролли в хижине нас не видели и вряд ли узнают, что круг разорван, зато могут найти твою соль. Если разбросать соль и прикрыть разрыв, они не заметят, что их логово обнаружено.

— Теперь нужно днем и ночью следить за этим местом.

— Я вызову подкрепление, — сказал Тамани.

Эйфория от неожиданного открытия угасала, и усталость навалилась с новой силой. Он сел под толстое дерево и включил айфон, мысленно проклиная яркую подсветку экрана. В надежде, что Аарон помнит, как пользоваться GPS-навигацией, Тамани отправил ему свои координаты.

Когда он вернулся на поляну, Шар уже уничтожил соляной круг и забросал листьями разрыв голубой линии. Из темной хижины по-прежнему не доносилось ни звука. Странно: обычно тролли не спят по ночам.

— Может, нам просто устроить налет и захватить ее? — спросил Тамани.

— Ты не в лучшей форме для драки, — возразил Шар. — Кроме того, я хочу какое-то время понаблюдать и выяснить их количество. Вдруг там три десятка троллей только и ждут, что мы постучим.

Немного погодя рядом с Тамани зашуршали листья: прибыло не меньше десяти стражей.

— Можно оставить на тебя дежурство? — спросил он Шара.

— Если хочешь. А ты куда?

Тамани сунул холщовый мешочек в рюкзак.

— Отнесу это Лорел. Может, она определит состав.

— Надеюсь, — сказал Шар, не отрывая глаз от хижины.

Тамани развернулся и побежал. Осенние листья шелестели под босыми ногами. Он мог бы проделать этот путь и с закрытыми глазами — казалось, все дороги ведут к Лорел.

Тамани помотал головой, отгоняя дрему. В глазах темнело. Он поморгал и заставил себя бежать быстрее, из последних сил борясь с изнеможением. Наверное, Шар прав и он не бережет себя.

«Уже скоро, — сказал он себе. — Отдам порошок и посплю».

Привалившись к стене, он постучал. Веки слипались, даже когда Лорел открыла дверь, изумленно глядя на позднего гостя. Он шагнул на кухню и без сил рухнул на пол.

Лорел завела будильник, чтобы встать за полчаса до рассвета и проведать Тамани, однако проснулась гораздо раньше. Всю ночь она ворочалась в беспокойной полудреме и толком не отдохнула. Накануне, убедив себя, что с Тамани все в порядке, она укрыла его одеялом и легла спать. Сначала она хотела его перетащить — в кухне на полу вряд ли уютно, — но в конце концов решила не трогать. Пожалуй, у старого дома он ночевал в худших условиях.

Глянув в зеркало, Лорел наскоро пригладила волосы и стала на цыпочках красться вниз. Тамани еще спал — почти в той же позе, в которой она его оставила. Кухня была залита мягким утренним светом, и Лорел тихонько уселась рядом. Так непривычно видеть Тамани спящим — совершенно расслабленным и беззащитным. Раньше Лорел не задумывалась, когда он спит. Он постоянно присутствовал в ее жизни, днем и ночью возникал из ниоткуда по первому зову, всегда бодрый и деятельный.

Рассветное солнце окрасило кухню бордовым, потом розовым, и вскоре по полу поползли первые желтые лучи. Тамани заморгал, на бронзовые щеки упали тени от ресниц. Наконец он открыл глаза и рассеянно посмотрел на Лорел. И тут же перекатился и вскочил на ноги, выставив руки перед собой.