— Хочу увидеться с тобой, — сказал Бинелли.

— Увы, я очень занята.

— У тебя, моя дорогая, бывает свободное время.

— Я слишком занята, чтобы встречаться с кем попало, — сухо отрезала Клэр.

— Со мной у тебя эти штучки не пройдут, мой хороший маленький ледничок. Уж я-то знаю, что под слоем льда пылает вечный огонь.

— Вы несете какой-то бред. Прощайте, капитан Бинелли.

— Постой! Я должен увидеть тебя. Должен. Я схожу по тебе с ума. Звонил тебе неоднократно, но никто не берет трубку. Давай подадимся куда-нибудь вечерком?

— Извините, но я не могу.

— Дорогая, я не собираюсь носить чин отставного капитана. Как насчет завтра?

— Боюсь, не удастся, — решительно отрубила Клэр и положила трубку.

Кас позвонил снова. В тот вечер он звонил ей еще трижды, и раз от разу его голос звучал все вкрадчивей и похотливей. Клэр, ни слова не говоря, вешала трубку. К сожалению, она не могла отключить телефон, потому что старшая сестра госпиталя отдала распоряжение всем сестрам милосердия находиться по ночам возле телефона. В военное время мало ли что может случиться. Ни тети Хильды, ни Пип дома не было — уж они бы наверняка отшили капитана Бинелли. Пип скорее всего даже получила бы от этого удовольствие — она обожает хамить нахалам. Бинелли позвонил в четвертый раз, и Клэр вышла из себя.

— Прекратите безобразничать! — крикнула она в трубку. — У меня был очень напряженный день и я нуждаюсь в отдыхе.

— Приезжай ко мне, дорогая. Отдохнем вместе, — последовал ответ.

— Вы сошли с ума.

— Может быть. Я так долго думаю о тебе, что вполне мог свихнуться.

Она повесила трубку и почувствовала, что дрожат руки. Вспомнила темные, маслянистые глаза капитана Бинелли, его наглый похотливый взгляд. Господи, какой ненавистный тип! Она умрет, если он к ней хотя бы прикоснется. Как мерзко, что кто-то вот так до бесстыдства откровенно хочет ее. Да какое он имеет право испытывать к ней подобное чувство?..

Клэр так и слышался его голос. Фу, мерзость какая! Она спрятала голову под подушку и попыталась заснуть, но этот голос не давал ей покоя. Наконец она ненадолго забылась, но под утро приснилось, будто она запуталась в тяжелой липкой паутине, и к ней подбирается паук с головой Каса Бинелли. Вот сейчас он схватит ее своими мохнатыми лапами, присосется к ее губам, высосет всю кровь… Клэр сбросила на пол подушку и спустила с кровати ноги. Светает. Скоро на дежурство. А у нее раскалывается от боли голова.

Эти звонки оказались всего лишь началом массированной кампании по завоеванию Клэр. Кас Бинелли преследовал девушку методично, день за днем. Ей начинало казаться, что он не в своем уме. Она боялась подойти к почтовому ящику, шарахалась от телефонных звонков.

— Если вы не прекратите ваши преследования, я буду вынуждена обратиться в полицию, — сказала она однажды.

Он рассмеялся.

— Моя дорогая красотка! Да будет тебе известно, еще не изобрели закона, запрещающего мужчине хотеть женщину.

— Но ведь есть закон, запрещающий мужчине преследовать женщину!

— А я и не собираюсь преследовать тебя, моя дорогая. Я только хочу целовать тебя. Буду целовать до тех пор, пока ты сама не захочешь ответить на мой поцелуй.

— Вы безумны! — воскликнула Клэр и швырнула трубку.

В тот день у нее разболелось сердце.

Как-то трубку сняла тетя Хильда, но Кас не захотел с ней разговаривать.

Однажды Клэр, закончив дежурство, вышла на улицу. И увидела поджидавшего ее Бинелли. Она предвидела такой поворот событий — уже целую неделю этот субъект заваливает ее письмами и атакует телефонными звонками, пытаясь добиться ее благосклонности столь странным образом. Бинелли был самоуверенным человеком, но он жестоко ошибался, надеясь, будто такое настырное ухаживание льстит девушке и смягчает ее душу. Он добился лишь обратного — Клэр возненавидела его еще сильней.

Сейчас она старалась не смотреть в его сторону. Кас подскочил и схватил девушку за руку. Увы, кроме них двоих на улице не оказалось ни души.

Стоял теплый весенний вечер, последний вечер уходящего апреля. Щебетали птицы, а сирены пока молчали. В такой вечер бродить бы по парку, вдыхая аромат цветов, любоваться синевой безоблачного неба. Однако общество капитана Бинелли вовсе не вдохновляло Клэр на подобное. Она с отвращением глядела на своего настырного кавалера. О да, многие женщины считают Бинелли роковым мужчиной. А он следит за своей внешностью с тщательностью кокотки: китель сидит, как влитой, брюки только что отутюжены, лихо заломлена фуражка. Но ее тошнит от его пошленькой улыбочки, а пальцы, впившиеся ей в плоть, кажутся паучьими лапами.

— Послушайте, капитан Бинелли, вы мне осточертели, и я не собираюсь терпеть ваши назойливые ухаживания.

— Так ты говоришь. твое терпение лопнуло, красотка?

— Вы явно не в себе.

— Да, и я это не отрицаю. Я влюблен в тебя как последний псих. Ты тоже меня хочешь, но боишься дать себе волю.

— Ваше самодовольство меня потрясает. Да меня просто бесит от одного вашего голоса. Или вы прекратите меня преследовать, или я буду вынуждена сообщить о вашем поведении начальству.