За окном он видел утюжащих сад сыщиков. Дела у них, судя по всему, шли плохо. Следов свежих захоронений нигде не обнаруживалось. Корнеев и сам ничего такого не видел, когда дежурил в доме.

Он вернулся к комнате, в которой в последний раз видел Базылева. Встав на колени, сантиметр за сантиметром осмотрел пол, но не увидел следов крови. В прошлый раз они были. Перешел в коридор – и здесь тоже успели замыть. Он наудачу пригляделся к месту, где брал корочку подсохшей крови для экспертизы, там сохранилась отметина в полу, но больше ничего. Теперь невозможно было проследить, несли ли базылевский труп до входной двери или выбрали другой путь – через окно.

Христич по-прежнему не появлялся. Корнеев вышел наружу. Между деревьями виднелась печальная парочка неудачливых сыщиков. Они, похоже, в десятый раз обследовали одно и то же место. Вряд ли сами надеялись что-то найти.

Заурчал двигатель, хлопнула дверца машины. Рядом, у соседнего дома. Корнеев потоптался в нерешительности, оглянулся на дом за спиной, на не обещающий разгадки сад – и отправился в гости.

Сосед действительно только что приехал. Стоял у своей «Вольво» и пил прямо из горла пиво «Хайнекен». Пиво, наверное, было не единственным напитком, который он употребил за сегодняшний день, потому что его покачивало и рукав дорогого, с отливом, костюма был испачкан чем-то белым.

– Привет, – сказал сосед. – Как служба?

– Плохая служба, – не стал кривить душой Корнеев.

Сосед из салона машины извлек еще пару бутылочек «Хайнекена» и протянул Корнееву:

– Держи!

Он считал, что это Корнееву непременно поможет. Ему самому, например, всегда помогало. Корнеев откупорил бутылку.

– А я вот без охраны, – сказал сосед. – Захотят убить – убьют, и никто не спасет. Президентов вон убивают, а мы… – Махнул рукой. В руке держал раскупоренную бутылку, пиво выплеснулось на пиджак, но он этого даже не заметил. Вроде был чем-то расстроен. Нелады с бизнесом, наверное.

– Так что твой хозяин напрасно деньги тратит. Ты уж извини.

– Да нет, ничего, – успокоил его Корнеев. – Мне это привычно.

– Что привычно?

– Что охранников за людей не держат.

– Это сплошь и рядом, – подтвердил сосед. – Час назад он – охранник, а скомандуют – уже строитель. Смех, да и только.

Наверное, вспомнил что-то свое. Покачал головой.

– А я тебя не видел последние дни, – вернулся к действительности сосед.

– Ухожу, – буркнул Корнеев. – Меняю место работы.

– Надоело, значит? – понимающе сказал собеседник.

– Слишком беспокойно.

– Беспокойно – не то слово. Ты ж в охранники нанимался, а не в строители.

Он дважды за последнюю пару минут употребил слово «строитель». И только со второго раза Корнеева зацепило.

– Про строителей – это к чему?

– Тебе этой работы не досталось, да? А дружки твои хорошо попотели.

– Когда? – быстро спросил Корнеев.

– Вот недавно совсем, на днях. В песке, в пыли, воротничок рубашки грязнее грязи. Я его спрашиваю: «Ты что – уголек рубал?» А он огрызается: «Храм Христа Спасителя строил». Еще бы не злиться – шел в охрану, а попал почти в стройбат.

– Может, землю копали? – высказал осторожное предположение Корнеев.

– Какая земля? – хмыкнул сосед. – Он по уши в цементе извалялся.

В доме надо искать. В гараже или в подвале. Корнеев поставил пустую бутылку на капот «Вольво».

– Посидим у меня, – предложил сосед, уловив перемену в его настроении.

– Я зайду попозже – дела.

Корнеев поспешил к своим. Христич стоял в дверях дома. Неподалеку топтались горе-сыщики. По лицам можно было без труда определить: ничего не нашли. И не найдут.

– Охранники Молотова недавно возились здесь с цементом, – сказал Корнеев.

Полковник посмотрел на него задумчиво.

– Трупы в доме. Надо искать свежую кладку или что-то в этом роде.

– Я обошел все комнаты, но ничего такого не видел, – сказал Христич.

– Гараж! Или подвал!

Христич направился к встроенному в дом гаражу. Полковник смахивал на взявшего след пса. Разве только не тянулся носом к земле.

Гараж был пуст. Стены, когда-то побеленные, успели покрыться налетом пыли. Слой пыли лежал и на полках, и на одиноком верстаке в углу. Христич посмотрел на Корнеева. Тот пожал плечами. Оставался подвал. Только начали туда спускаться, Корнеев увидел на ступенях следы цемента – где больше заметные, где меньше, но он теперь не сомневался – здесь.