Сашка заплакал: он не хотел рождаться.

— У меня от тебя будет ребенок, — тихо, в самое ухо, шепнула ему Марго. — Но если ты его не хочешь, я и сама его выращу.

— А-а-а!!! — заорал Сашка и прорвался наружу.

— Коля! Гляди! Он живой!

Сашка жадно схватил воздух и понял, что он действительно жив.

— Я знал, что ты сможешь, — уходя в задымленное никуда, произнес шаман. — Давай, внучек, держись...

Сначала его отпоили кипятком из черного от сажи, побитого эмалированного чайника. Затем бомжиха рискнула предложить ему треть булки черствого, отдающего плесенью и запахом застарелой селедки хлеба, и Сашка привстал на своем картонном ложе и жадно сожрал его.

— Объест... — недовольно буркнул Коля.

— Помолчи, — мягко осадила своего сожителя бомжиха. — Смотри, какой он еще слабенький... и беленький, как ангелочек. Аж светится... такая прелесть!

Сашка глянул на свои черные от сажи руки.

— Ты, эта... парень, — шмыгнул носом Коля. — Ешь и уматывай.

Сашка кивнул, до хруста потянулся и вскочил на ноги. Он чувствовал себя необычайно сильным и энергичным.

— Я уйду.

Коля на секунду затих, а потом снова забеспокоился:

— А ты вообще кто такой?

— Избранник Силы, — улыбнулся Сашка.

— Сектант, что ли? — непонятно почему, но сразу догадался бомж.

— Сектантский бог, — поправил его Сашка и подошел к маленькому подвальному окошку. На улице стояли сумерки. — Сейчас что: вечер или утро?

— Утро, — поспешила вставить свое слово женщина.

Сашка повернулся и сразу, даже в почти полной тьме увидел, что она не такая уж и старая: просто, грязная, да еще и лицо недавно обморозила.

— Тебе сколько? Пятьдесят два?

— Ага, — насторожилась женщина.

— Дети выгнали? — Женщина сразу насупилась:

— Не твое дело.

Сашка усмехнулся. Он прекрасно понимал, в чем дело. Просто она панически боится стать объектом насмешек.

— А ты, Коля, как я вижу, в Бога веруешь? — повернулся он к бомжу.

— Верую, — глотнул Коля. — А тебе-то что?

— Да так, ничего, веруй на здоровье... — улыбнулся Сашка и вольготно расселся на трубах. — Что хоть там, в городе, творится? Не знаете?

Бомжи переглянулись. Эта новая, хозяйская интонация нежданного «жильца» совершенно выбивала их из колеи.

— Так выборы сегодня... — переглянулась со своим сожителем женщина. — Менты везде шныряют, дружинники тоже, на нашу голову... А больше че еще?

— Ну что ж, и это новости, — понимающе кивнул Сашка. — Вы присаживайтесь, в ногах правды нет.

Бомжи снова переглянулись и сели на поставленные возле труб перевернутые деревянные ящики. Сашка снова выглянул в окно и вдруг подумал, что его наверняка скоро возьмут, но что это не имеет ровным счетом никакого значения. Потому что он принял Силу. А значит, ничего плохого с ним случиться не может.

Он тщательно, с удовольствием умылся под протекающей трубой, тепло попрощался с бомжами и вынырнул из утробного тепла подъезда на улицу. Ярко светило солнце, ослепительно сияло пронзительно-голубое небо, щеки хватал легкий морозец, и на душе было спокойно и хорошо. Он действительно словно переродился: ни старых мыслей, ни старых тревог — только острое, сочное, пронзительное ощущение полноты бытия. Сашка неторопливо прошел в центр и остановился возле мэрии.

Повсюду висели плакаты, извещающие, что именно сегодня — выборы мэра города. Асфальт на автостоянке горадминистрации уныло скребли неплохо одетые подростки. А с афишного стенда неподалеку свисали наполовину ободранные плакаты с улыбающейся физиономией Лося. Сашка усмехнулся: он ясно осознал, что Лось и не хотел мэрского кресла, и единственное, в чем он действительно нуждался, так это еще несколько процентов акций — обычный торг, если не сказать шантаж. Но это было не важно: отработанный материал Сашку больше не интересовал. Ему вообще никто не был нужен. Всё и так шло как надо.

Он пересек площадь наискосок, прошел в городской сквер и невольно притормозил: здесь происходило что-то интересное. Выстроившиеся вдоль длинной главной аллеи человек двести или даже больше разновозрастных мужиков, разбившись на пары, оттачивали мастерство рукопашного боя.

— Начали! — скомандовал тренер, и одна шеренга сделала шаг вперед и попыталась нанести противнику удар в шею. — Ну что это такое?! — моментально расстроился тренер. — Это что за нападение? Бабу в кровать небось с первой попытки валите!

Мужики нестройно засмеялись.

— Разошлись! — хлопнул в ладоши тренер. — Всё по новой!

И тут он увидел Сашку.

— Почему чужие в зале?! То есть... — Он не знал, как правильно назвать место тренировки. — Дежурные! Где дежурные?!

Из кафешки вылетели два всполошенных мужичка. Быстро просекли, в чем проблема, подхватили Сашку под руки и, преодолевая легкое, шуточное сопротивление, выдворили с охваченной тренировками территории.

— А в чем дело, мужики? — хохотнул Сашка.