— Ничего себе прикол, — стуча зубами, пробормотал он.

Перевел дыхание и, собрав остатки мужества в кулак, ощупал пространство около голой заледенелой конечности. И тут же обнаружил вторую ногу! И тоже босую...

Господи Боже! Шамана не только перетащили к выходу, но и разули! Не сам же он разулся!

— Тебе фонарик подать? — гулко отдался от пещерных стен голос участкового.

— Д-да! — глотнул Сашка и развернулся, чтобы принять фонарик.

Участковый долго возился, тяжело дышал, а потом, было слышно, постанывая, пополз по проходу.

— Держи, — в полной темноте произнес он. Сашка трясущимися руками нащупал фонарик, щелкнул кнопкой выключателя и только тогда повернулся. Посветил и охнул.

Прямо перед ним, в пятне желтого электрического света в позе плода, в какой-то нелепой длинной рубахе лежало маленькое и сухое тело дяди Жени.

«Вот тебе и Огненные Учителя! — горько подумал он. — Вот тебе, бля, и шестая раса! Господи, ну вот кто его сюда притащил?!»

— Ну-ка, подвинься, — прокряхтел сзади участковый, и Сашка прижался к стене, пропуская милиционера.

Тот пролез, аккуратно встал на четвереньки и тоже увидел Евгения Севастьяновича.

— Елки-моталки! — недоуменно произнес участковый. — Это же Никитин Е. С. У нас на него ориентировка была! А ты говорил, военный!

— А вон и военный, — показал Сашка рукой в дальний угол, на прадеда. — Они оба здесь.

— Ни шиша себе морковь! — только и смог сказать мент.

Участковый внимательно осмотрел оба тела, но никаких следов насилия не обнаружил. Одежда Евгения Севастьяновича лежала неподалеку от тела — аккуратно сложенной стопкой. Причем здесь же в кармане находилось и портмоне с деньгами и паспортом, так что ни о каком ограблении речи быть не могло. Вообще, складывалось такое впечатление, что те, кто притащил сюда дядю Женю, использовали пещеру как семейный склеп. И надетая на дядьку длинная старомодная рубаха только усиливала это впечатление.

«Если только он сам сюда не пришел...» — внезапно подумал Сашка.

— Это же твой родственник? — показал на дядькино тело участковый.

— Да.

Милиционер вздохнул и надолго задумался и только спустя две или три минуты осторожно произнес:

— Я, конечно, дико извиняюсь, но нам его отсюда не вытащить.

— Почему?

— А ты посмотри сначала на отверстие, а потом на то, как они оба лежат.

Сашка пригляделся, но в чем прикол, не понял.

— На выход! На выход посмотри! — ткнул рукой участковый. — Видишь? А теперь на коленки! Видишь, поджаты! Не разрезать же их!

До Сашки начало доходить. Скрючившиеся в позе плода тела не могли пройти в отверстие пещеры в принципе. Сюда и вытянувшись в струночку едва проползаешь...

— И что же нам делать?! — растерялся он.

Участковый тяжело вздохнул и воровато оглянулся на светлеющее пятно выхода из пещеры, за которым их ждали Олег и Лешка.

— Ну... не такое это и сложное дело. Если кое-кого... гм-гм... отблагодарить, можно без вскрытия обойтись.

— То есть?

Милиционер снова оглянулся на выход из пещеры.

— Ну посуди сам, оно тебе надо? Знаешь, сколько сейчас похороны стоят? Ты же его и не знал почти, как я слышал?

— И что?

— Можно и на месте захоронение оформить. В отдельных случаях. Спустимся, двести долларов мне отдашь, а я с кем надо поговорю.

Сашка горько усмехнулся. Участковый и понятия не имел, как много судеб зависит от этого вскрытия.

— А со вторым что будете делать?

— А тебе какая разница? Вот объявятся родственники или кто, тогда и решать будем.

Послышался скрип снега, и светлое пятно выхода из пещеры исчезло.

— Что там у вас, Александр Иванович? — Это был Олег.

— Всё нормально, Олег, сейчас выходим! — отозвался Сашка и повернулся к участковому: — Я буду настаивать на вскрытии.

Участковый страдальчески крякнул:

— Ну, как хочешь. Если тебе всё равно, что твоего дядьку отсюда по кускам будут вынимать... а то смотри, я тебе выход предложил...

Позади послышалась возня, и в пещеру вполз Олег.

— Сюда нельзя! — крикнул Сашка и увидел, что уже поздно.

— Учитель?! — с ужасом просипел апостол. Участковый насторожился.

— Да, это Евгений Севастьянович, — признал очевидное Сашка.

— Но как же?! Неля же сказала, что его забрали! — Сашка болезненно поморщился. Убивать эту детскую веру в чудеса никакого желания не было.

— Дух забрали, а тело осталось, — быстро сказал он.

— Постойте-постойте! Откуда забрали? — мгновенно сообразил, что у него уже появились первые подозреваемые, участковый.

— Мы думали, что его забрали на небо сразу после смерти, — неохотно пояснил Сашка. Участковый настороженно хмыкнул: