Сашка сделал вид, что прекрасно ее понимает, и дотронулся до тихо играющего что-то бравурное радиоприемника.

— Вы позволите?

— Конечно-конечно! Вы здесь полный хозяин!

Сашка крякнул и добавил громкости.

Бравурный марш кончился, и что-то начал говорить диктор, и едва Сашка решил сосредоточиться на голосе, как услышал знакомую фамилию «Бугров». Он хмыкнул и сделал погромче.

Федор Иванович излагал свои взгляды на современность. И это оказалось настолько актуально, что Сашка забыл о еде и намертво прилип к радиоприемнику.

— Уже всем стало ясно, что нам давно пора возвращаться к нашим духовным ценностям, — с волнением говорил товарищ подполковник. — А то ведь что получается? Патриотизм нашей молодежи на нуле, даже в армии служить не хотят, а что такое хороший рабочий коллектив и народная дружина, мы и забыли!

— Совершенно верно, — подхватила ведущая, — но как быть тем из них, кто не может устроиться на работу? Откуда им знать, что такое настоящая рабочая косточка?

— Именно поэтому мы и обсудили этот вопрос на совещании у главы города и пришли к выводу, что пора организовать общественно-полезные работы, — отозвался начальник горотдела. — Город завален мусором, в больницах не хватает санитаров. А ведь если молодая девушка, вместо того чтобы шляться по ресторанам, начнет мыть полы в больнице, а парень поймает хотя бы одного хулигана, всем от этого станет только лучше.

У Сашки защемило в груди.

— Для этого мы и проводим в Доме горняка конференцию и ждем к нам делегацию из правительства области, — сообщил Бугров. — Мы намерены показать уже достигнутые нами успехи и предложить губернатору не замыкать этот эксперимент в рамках района, а расширить его как можно дальше, возможно, и до общероссийских масштабов...

— И кого вы ждете в гости? — Сашка замер.

— Будут представители и аппарата управления, а общественных и молодежных организаций, и духовенства, и, я думаю, в тесном кругу, так сказать, лицом к лицу с практикой, наши идеи будут восприняты должным образом.

Сашка представил себе Федора Ивановича, по-брежневски близко «контактирующего» с целой толпой делегатов, которые в свою очередь разнесут этот горячечный запал по всей области, а затем и стране, и похолодел. Что-то еще говорил Бугров, натужно смеялась ведущая, но Сашка уже не слушал. Кровь прилила к лицу, голова загудела, а ужас происходящего пронизал его буквально целиком.

— Извините, но мне нужно в город! — вскочил он из-за стола.

— А как же завтрак?

— Сила не ждет, — мотнул он головой, и женщина сразу всё поняла.

— Я сейчас ваши ботинки принесу — они почти просохли! Апостолам Алексию и Олегу что-нибудь передать?

— Нет, спасибо! Хотя... скажите им, что я к Рейнхарду отправился.

— Обязательно скажу.

Он бежал в морг изо всех сил. И только абсолютная уверенность в том, что после этого дурацкого побега никакой пощады от Бугрова ждать не приходится, удерживала его от того, чтобы повернуть назад.

«Они меня всё равно найдут и посадят! — уговаривал Сашка самого себя. — Эти ребята никому и ничего не спустят... не дрейфь, мужик!»

И всё равно было страшно.

Он подбежал к железной двери морга и нажал кнопку звонка.

«Не дрейфь! Только не дрейфь...»

Дверь открылась, и в проеме сверкнули очки Владимира Карловича.

— Вы слышали, что они собираются делать?! — ворвался внутрь Сашка. — Конференцию устраивать!

— Они уже ее проводят, Саша, — печально отозвался врач.

— Как уже проводят? — не поверил Сашка. — Сегодня?!

— Да. И делегация из области скоро уже прилетит.

— А как же карантин?!

— Вы же слышали: область задерживает результаты анализов, Саша, — вздохнул Рейнхард, — а без этого никакого карантина не будет.

Он принялся рассказывать, и Сашка окончательно выпал в осадок.

Да, о том, что Лось отозвал свою кандидатуру, сегодня узнали все. Да, это свело предвыборную гонку на нет, и теперь Хомяков может даже не переживать. Но ровным счетом никаких подвижек к карантину это не вызвало, и даже наоборот: в сознании городской власти идея карантина осталась прочно увязанной исключительно с Нелей, семьей Никитиных и сектой.

— Вы в область звонили? — спросил Сашка.

— Неоднократно, — махнул рукой Рейнхард. — Бесполезно. Понимаете, молодой человек, для губернатора больной означает немощный. Он человек старой закваски, он просто не приемлет идеи, что гиперактивность Федора Ивановича имеет под собой биохимический сбой. Работает же человек! И как работает! Чего зря ему нервы трепать?

— От-пад... — выдохнул Сашка. — А члены делегации понимают, что их здесь ждет?

— А что — члены делегации? Вы что думаете, кто-то воспринимает уровень угрозы всерьез?