Второй случай произошел позднее, уже в конце девяносто четвертого года. Там тоже фигурировали показания о человеке с одутловатым лицом, но орудием преступления на этот раз был нож. Этот случай Настя оставила про запас и решила вплотную заняться убийством шантажиста. Интересно, где был и чем занимался задержанный сегодня утром убийца весной девяносто третьего года? С точностью до дня, конечно, этого не установить, и мечтать нечего. Но может оказаться, например, что этот человек в тот день просто не мог совершить преступление в Москве, и тогда его с чистой совестью можно будет оставить в покое.

Настя вздрогнула, когда прямо у нее над ухом зазвенел телефон.

– Эй, подруга, ты домой собираешься или как? – спросил муж.

– Или как, – ответила она, не отрывая глаз от разложенных на столе листков. – А что, уже пора?

– Вообще-то я не настаиваю, но хотелось бы, чтобы ты уже пришла.

– А что, я тебе нужна? – глупо спросила Настя.

– Да нет, конечно, – рассмеялся Алексей. – Зачем ты мне? От тебя одни хлопоты. Но между прочим, Асенька, мы пригласили в гости твоего брата, и через полчаса он будет здесь. Ты как к этому относишься?

– Ой, Леш, прости! – охнула она. – Я тут про все забыла. Все, уже бегу. Погоди, а почему ты сказал, что Саша будет через полчаса? Он что, один придет, без Дашки?

– А Дашунчик уже давно здесь. И пока ты и твой брат делаете вид, что вы страшно деловые и занятые, твой муж и его жена вам изменяют.

– Что, оба сразу?

– Нет, только я один, – фыркнул Алексей. – Я тебе изменяю, а Дашуня хранит верность своему супругу. Ты едешь или нет?

– Еду, Лешик, уже одеваюсь. Попроси Саню встретить меня у метро, ладно?

Она быстро сложила бумаги в сейф и стала одеваться. В самом деле, неудобно как получилось! В кои веки пригласили брата с женой в гости, а она опаздывает. Конечно, никто на нее обижаться не будет, но все-таки…

Выйдя из метро на станции «Щелковская», она сразу увидела машину брата.

– Привет, Санечка, – сказала она, усаживаясь рядом с ним. – Прости меня, глупую.

– Да ладно, – засмеялся Александр Каменский. – Чего еще от тебя ждать!

Он поцеловал сестру, потом отстранился и посмотрел на нее более внимательно.

– Ты какая-то… – он запнулся, подыскивая подходящее слово.

– Что? Тебе что-то не нравится?

– Да нет… Какая-то ты перевернутая. Не знаю даже, как сказать. На себя не похожа. Неприятности?

– Вроде нет, – она пожала плечами.

– И настроение нормальное?

– Даже хорошее.

– Не врешь?

– Не вру. Да что ты, Саня, ей-Богу! У меня все в порядке.

– Нет, все-таки что-то не так, – сказал он, заводя двигатель. – Я чувствую.

Они проехали уже половину пути от метро до ее дома, когда Настя вдруг произнесла:

– Ты прав, Саня. Со мной что-то не то.

– Заболела? – встревоженно спросил брат.

– Нет, тут другое. Я недавно в командировку ездила…

– Да, помню. Лешка говорил. И что в командировке?

– Познакомилась с очень странным человеком. И это меня почему-то все время беспокоит.

– Батюшки! – ахнул Александр. – Да ты никак влюбилась?!

Настя не выдержала и расхохоталась, настолько чудовищным показалось ей такое предположение.

– Чего ты хохочешь? Не смей меня пугать.

– Да не бойся ты, не влюбилась. Даже в мыслях не было.

– А что было в твоих мыслях?

– Вот этого я и не могу понять. Именно поэтому и беспокоюсь. Знаешь, неприятное такое чувство, что я что-то видела, что-то очень важное, но не придала значения. И меня это мучает.

– Сыщицкие тревоги? Это можно, – великодушно разрешил Каменский. – Лишь бы Лешка не пострадал.

– Конечно, – поддела его Настя, – тебе его страдания важнее моих.

– Мужская солидарность, – улыбнулся брат. – Все, приехали. Пойдем быстрее, очень есть хочется. Когда я приехал, твой муж сооружал что-то невероятно вкусное. На кухню посмотреть меня не пустили, но запах стоял просто душераздирающий.

Запах действительно был соблазнительным и чувствовался даже на лестничной площадке. Даша вылетела им навстречу и повисла у Насти на шее.

– Настюшечка, я так соскучилась!

«Неужели правда? – подумала Настя, обнимая ее. – Ведь мы виделись две недели назад. Маленькому Санечке исполнилось восемь месяцев, и я заезжала их поздравить». Но в Дашиной искренности она не сомневалась. Молодая женщина просто органически не способна была кривить душой. Именно поэтому Настя так любила ее.

– С кем ты оставила моего единственного племянника? – спросила она, стаскивая куртку и пристраивая ее на вешалку.