Небо осветила еще одна вспышка молнии. Я отошел от окна.

— Сделай мне коктейль, — Арт сбросил ботинки и прислонился к изголовью кровати. — Лучше что-нибудь с водкой.

Я нашел банку апельсинового сока в маленьком холодильнике и вылил в стакан, затем щедро добавил водки из маленькой бутылочки.

— Наверное, мы прогуляемся в город, перекусим, может, посмотрим какие-то достопримечательности, — сказал Арт и отхлебнул из стакана. — С братом Альбо встречаемся примерно через четыре часа. Если получится, то вечером посидим в баре. Здесь есть отличный джазовый клуб, «Редута», в переводе — «Бал-Маскарад». — Он закрыл глаза и поставил стакан себе на грудь, обхватив его обеими руками. — Знаешь, чешки с ума сходят по американским мужчинам. Они считают, что мы все — звезды кино.

Наши планы не сработали — Арт заснул после того, как осушил стакан. Мы вышли из гостиницы, как раз когда закончилась буря. Теперь улицы утопали в снегу, он доходил до лодыжек. Ветер полностью прекратился, и город оставался поразительно тихим. Появилось солнце — желтый ореол, пробивающийся сквозь тучи, из которых только что валил снег.

Мы поели в кафе на углу — заказали рохлики-рогалики и баранину кусочками с двумя пинтами крепкого пива. После ужина мы отправились в противоположном от нашей гостиницы направлении, по петляющей узкой улице с домами по обеим сторонам. В зданиях я заметил крошечные двери. Мы собирались посмотреть монастырь святого Тельдена, о чем сообщил Арт. Он сказал, что там размещался старейший монастырь бенедиктинцев всей Восточной Европе, и, в дополнение к книгам Малезеля, монастырь святого Тельдена славился коллекцией средневековых инкунабул.

— Когда я сказал об этом доктору Кейду, он предложил оплатить мне авиабилет, — сказал Артур.

— И ты согласился?

Арт кивнул. Он шел с опущенными плечами, стараясь бороться с холодом.

— Его постоянно забитый бар оплачивает дурную привычку Хауи, — продолжал он. — Это премия Хауи. А билет — моя премия…

Мы шли по узкой улице. Арт остановился у низкой каменной стены. Поверх нее шел черный железный забор с заржавелыми пиками. С забора свисал коричневый плющ, напоминая неухоженные волосы. Мы с Артуром попытались заглянуть на территорию сквозь забор.

— Предположительно, это здесь, — сказал Арт. — Угол Остры и Берека. Ты что-нибудь видишь?

Я видел только ровную землю, покрытую снегом, и желтые бульдозеры с белыми ковшами, которые стояли рядом с горами земли и кучами пиломатериалов. Высокие серые здания окружали пустой участок. Показалась собака, которая бежала вприпрыжку. Она остановилась и стала что-то нюхать рядом с одним из бульдозеров. Арт свистнул, собака подняла голову, увидела нас и снова примялась обнюхивать бульдозер.

— Может, у тебя неправильно записан адрес? — заметил я.

— Я только в прошлом месяце разговаривал со знакомым из университета, — сказал мой приятель.

Он развернулся и прислонился к стене. Арт не выглядел очень расстроенным, но я видел, что настроение у него испортилось.

— Если только он дал мне неправильный адрес… Но я не понимаю, как такое возможно? — продолжал он. Сколько здесь может быть монастырей святого Тельдена?

Мимо проходил молодой человек. Он остановился и повернулся к нам.

— Вы американцы? — спросил он.

Я кивнул. Похоже, Арт его не заметил. Вместо этого он уставился на улицу, глубоко погрузившись и свои мысли.

Молодой человек улыбнулся. На нем была ярко-оранжевая куртка и наушники. Он сиял их, до меня донесся звук музыки правда, негромкий. Молодой человек запустил руку под куртку и выключил музыку.

— Классно, — судя по акценту, он был чехом. — Вы из Нью-Йорка?

— Из окрестностей Нью-Йорка, — ответил я.

Парень кивнул. Лоб у него был покрыт прыщами, столь же красными, как и обветренные щеки.

— Я поеду в Нью-Йорк этой весной, — сообщил он. — К сестре. Она учится в университете. А вы?

— В Абердине.

— Вы ходите там на вечеринки? Много девушек?

— Девушек полно, — медленно произнес Арт, поднял голову и посмотрел на парня. — Ты знаешь, где находится монастырь святого Тельдена?

Молодой человек покачал головой.

— Я не христианин, — сказал он. — Мои родители ходят в церковь, а я не хожу. — Парень улыбнулся и посмотрел нам за спины. — Здесь что-то стояло, — показал он пальцем. — Думаю, церковь. Она сгорела в прошлом месяце. — Молодой человек развел руками. — Был большой пожар. Мы с друзьями сидели у меня на крыльце, курили травку и наблюдали за огнем.

Налетел порыв ветра и растрепал ему волосы.

— Вам нравится курить травку? — спросил он.

Арт посмотрел на меня. Я пожал плечами.

— Сколько? — спросил Арт.

Молодой человек повернулся, посмотрел куда-то в конец улицы и свистнул, сунув два пальца в рот. Мгновение спустя я услышал шум небольшого мотора и увидел пария на «харлее», который ехал к нам. Он был в шлеме и в длинной кожаной куртке. Щиток для лица оказался затененным.

Мотоциклист остановился и снял шлем. У него оказались короткие черные волосы, как и у его приятеля, но выглядел он несколько старше. Они стали переговариваться друг с другом, и парень на мотоцикле бросал в нашу сторону осторожные взгляды.