– Вы идете с нами, – сказал Мозес.

Ребенок стоял рядом с ним и неспокойно притопывал на месте, вертелся.

– Могу я спросить, мистер Мозес, – куда мы идем? – со сдержанной вежливостью поинтересовался Коулмен.

– Туда. – Мозес кивнул в сторону начинавшихся совсем рядом, в паре километров, гор. Длинные, понижающиеся к северу отроги протянулись далеко по обе стороны от самолета.

– Это суицид! – громко и взволнованно сказала Кейт.

– Делайте что вам велят, – спокойно и властно произнес Мозес. – Иначе не вернетесь к себе домой. – Он повернулся к слуге, который пристроил себе за спину небольшой баул. – Понесешь ребенка.

Слуга послушно поднял Стефана, посадил его себе на шею. Все четверо двинулись на юг, по высохшей, каменистой местности, абсолютно лишенной растительности.

Коулмен продолжал озираться. Он заметил, что самолет сел не просто на гладкую поверхность пустыни. Место было очень похоже на взлетнопосадочную поле, расчищенное от песка, сглаженное, снабженное маркерами, которые хорошо различимы только с высоты. Это было преддверие австралийских Ворот, открывающих единственный в мире проход к Краю Земли. Странно лишь, что местность оставалась дикой и почти нетронутой человеком. Ведь здесь побывала уйма различных экспедиций. И ни одна не оставила никакого следа в этом унылом и кошмарном краю. Никаких строений, никаких искусственных источников воды. Даже дороги нормальной нет.

Коулмен почувствовал прикосновение к плечу. Обернувшись, увидел Кейт.

– Он спятил, – тихо сказала напарница. – У нас даже нет оружия.

Коулмен покачал головой и ответил так же тихо:

– Они почти всегда выглядят спятившими. Но всегда знают, чего хотят, и добиваются своего. На то они и «собиратели искр».

Кейт нацепила на лицо гримасу брезгливости и снова отстала на несколько шагов.

Мозес уверенно шел впереди. Казалось, он много раз ходил этим путем и выучил его наизусть.

Горы стремительно вырастали над головой. Коулмен прикинул – высота гряды не меньше двух километров. На отдельные пики сплошной скалистый массив распадался гдето на половине этой высоты. Ни человек, ни животное не могли здесь пройти, если бы не случайная прихоть природы не создала однуединственную узкую расщелину. Как будто специально для того, чтобы заманивать людей в ловушку.

Потому что Край Земли был ловушкой. Экспедиции одна за другой пропадали здесь на протяжении сотни лет, пока Урантия не закрыла территорию для исследований. Выдвигались теории, что в этой аномальной зоне искривлены время и пространство, и любого, кто попадает сюда, выбрасывает в иные измерения. Коулмен не знал, как относится к подобным предположениям. Хотелось считать их чушью, но полностью отвергнуть не давали коекакие слухи, не совсем безосновательные. Слухи сообщали, что Краем Земли чрезвычайно интересуются урантийские секретные службы, в частности, национальное разведывательное управление. Поэтомуде и закрыли доступ к Воротам всему остальному миру.

Коулмен стал пристальнее оглядывать местность в поисках подтверждения слухов. Даже секретные службы не станут работать в первобытных, диких условиях. Возможно, гдето здесь прячутся искусственные сооружения, чтонибудь вроде подземных бункеров. Склады, лаборатории, жилые помещения, наблюдательные терминалы, центры управления…

Размышления его прервал дикий крик. Слугамонголоид, шедший впереди, остановился и стал приплясывать на месте, не прекращая вопить. Мозес резко повернулся.

– В чем дело?

Коулмен едва не захохотал, увидев причину беспокойства. Ребенок, сидящий на шее слуги, крепко вцепился зубами ему в ухо. Парень схватил мальчишку за волосы, пытаясь спасти свое ухо, но безуспешно.

– Отпусти его сейчас же, скотина! – мгновенно взъярился Мозес. Только обращался он не к ребенку, а к слуге.

– Хозяин, он отъест мне ухо! – заплакал несчастный, исполняя приказ.

– Перестань орать, дубина.

Мозес подошел ближе, но тут же брезгливо отстранился. Слуга с жутким провизгом схватился за ухо, из которого брызнул фонтанчик бурой крови. Ребенок выпрямился, зажимая в зубах откушенную плоть, и сразу выплюнул.

Слуга повалился на колени, стаскивая с себя маленького изверга.

– Прекрати визжать, свинья, – снова бросил ему Мозес. – Достань аптечку и залепи пластырем. Быстрее! Не заставляй меня терять время.

Парень, умолкнув, дрожащими руками снял со спины баул и стал рыться в нем. Из откушенного уха на плечо капала омерзительная на вид коричневая кровь. Коулмен отвернулся. Кейт, наоборот, с интересом разглядывала представителя новой породы разумных двуногих. Выражение ее лица говорило о том, что порода эта, хотя и вызывает любопытство, отвратительна для нормального человека.

Мозес тем временем внимательно смотрел на ребенка. Тот был неспокоен, вертел головой, хмурился. Мозес хотел взять его за руку, но мальчик вырвался и быстро пошел к виднеющемуся вдали самолету. Секретарь повернулся к Коулмену.

– Верните его.

Коулмен неохотно догнал ребенка, поднял и зажал под мышкой. Мальчишка принялся колотить его руками, дергать ногами, пытался укусить сквозь одежду – и все это совершенно беззвучно.

– Мальчик боится, мистер Мозес, – сказал Коулмен – Не хочет дальше идти.