— Я не тебе говорю, Лас. Живо! Ступай на место!

Я обернулся и обомлел. Надо мной нависла старая акация. Ее ветви, так похожие на копья, могли без труда проткнуть меня, точно жука. Самое смешное, что я даже не услышал, как она подкралась на своих корнях-ходулях.

Недовольно скрипнув, дерево пошло обратно, свирепо раскачиваясь из стороны в сторону, а три его товарки, тоже выбравшиеся из земли и уже предвкушавшие расправу надо мной, так задрожали под гневным взглядом дрэгайки, что с их веток начали опадать белые лепестки.

— Прости их. Они еще к тебе не привыкли, — попросила Риолка. — Я сегодня с ними серьезно поговорю. В одиночестве девочки стали немного диковаты и слишком уж ревнивы.

— Ты окажешь мне большую услугу, если сделаешь это. Иначе я здесь долго не протяну.

— Протянешь. Я это гарантирую. — Ее фиалковые глаза нехорошо сверкнули, и ветки акаций поникли еще сильнее, предчувствуя серьезные неприятности.

Я вышел на улицу, закрыв за собой калитку, и поспешил на встречу с Огом, продолжая радоваться, что меня не успели пустить на удобрения.

Столы в зале «Лихого виража» были заняты — команда брига праздновала возвращение из удачного рейда. Ог кисло торчал возле стойки, попивая вместо виски лимонад.

— Привет, Ог. Привет, Палаш, — поздоровался я с напарником и барменом. — Сегодня аншлаг.

— Шестичасовые гонки на носу. В этом году они проходят на Черепашьем, так что скоро будет еще больше народу. К нам летят со всех островов Союза, — ответил помощник Анны, сжимая в зубах неизменную самокрутку. — Хорошо, что мы успели запастись продуктами. Только льда вот все время не хватает. Что-нибудь пить будешь?

— То же самое, что Ог. И ледяной крошки как можно больше.

Палаш вздохнул, достал из-под стойки жестяной ящик, к стенке которого был присоединен морозильный артефакт. Насыпал в высокий стакан несколько кубиков льда:

— Это последняя порция. Морозилка не успевает его производить, хотя работает словно охладительная установка для демона, когда тот десять часов отпахал на полную мощность.

Ог меланхолично тянул напиток через трубочку, но тут сказал:

— Не жалуйся. Работы тебе, конечно, прибавилось, зато вы получите хороший доход. Почти такой же, как в месяц Ураганов.

— Если склад не опустеет и кухня справится. — Палаш наполнил мой стакан лимонадом. — Если нужен стол, то на веранде, на заднем дворе, есть один. Можете сесть там.

Мы так и поступили. Здесь было вполне приятно, особенно если не смущает грохот тарелок на кухне, расположенной по соседству, и храп Буваллона, раскачивающегося в маленьком гамаке.

— Есть новости? — спросил меня Ог.

— И не одна. Во-первых, я нашел квартиру. Во-вторых — у меня была чудесная встреча с Косматым.

— …Волкодлак — тупица, — сказал напарник, выслушав историю. — Ты государственный курьер — можно спокойно писать жалобу страже. Поверь, они отреагируют. Или можем поступить проще — хочешь, я его поймаю и разобью башку?

Я удивился этому предложению и тому, что он готов влезть в мои неприятности, и покачал головой:

— Не стоит. Я справлюсь сам. Если честно, Косматый сейчас беспокоит меня гораздо меньше, чем грядущие гонки. У нас мало времени, а стреколета все еще нет. Что ты узнал?

Он сразу же помрачнел:

— Я прошелся по взлетным площадкам. То, что сдается, — выглядит плохо. Старые модели, едва работают и летают как подброшенные в воздух топоры. Не высоко, не далеко и не быстро. Шестичасовые гонки на таких не выиграешь.

— Шестичасовые гонки? — прогудел голос проснувшегося Буваллона. — Кто говорит о гонках, паря? И зачем вам нужен стреколет? Вы что?! Собираетесь участвовать?!

— Тебе не все равно? — наклонился над ним Ог. — Спи дальше.

— Я не могу спать, если друзьям требуется помощь!

— Когда это я стал твоим другом?

— Ну ты — положим, недруг, паря. Пока. А с эльфом мы лучшие друзья, я его тут всему учу и все такое.

На озадаченный взгляд Ога я лишь развел руками. Послушать Буваллона, так мы с ним чуть ли не братья.

— Эй! Хватит на меня таращиться! Поднимите на стол! Я что, орать снизу должен?!

Орк сердито рыкнул:

— Это частный разговор.

— Я все равно вас подслушаю, паря!

Штурман нахмурился, посмотрел на меня:

— Этот твой друг — мелкий шантажист, Лас.