— Покажи ему, Лас.

Я вытащил из сумки и поставил перед изумленным лепреконом небольшой кубик, свитый из золотой проволоки, в центре которого бесновалась темно-фиолетовая туча. Сказать, что у владельца Логова глаза полезли на лоб, значит не сказать ничего.

— Где вы его достали?!

— Лас нашел на помойке возле гоблинских трущоб.

Тулл раздраженно посмотрел на Ога:

— Как же. Верю. — Он наклонился над демонским узилищем. — О Небо! Придурки! Один из контуров едва дышит!

Он бросился к встроенной в стену переговорной трубе и заорал:

— Эй! Пришлите Браудина ко мне в кабинет! Живо! Бегом!!

Труба ответила согласным гулом, и Тулл, раздумав возвращаться к столу, буркнул:

— На кой вы его притащили? Это же все равно что ядро с зажженным фитилем — может взорваться в любую минуту, стоит только чуть надавить на него.

— Затем, чтобы ты вызвал Браудина, он все исправил и установил нашего парня в стреколет. — Ог отставил в сторону пустую бутылку, покосился на бар, но брать новую раздумал, увидев, как перекосилось лицо рыжего коротышки.

— Вы знаете, сколько стоит работа демонолога? Готовьте денежки.

— Платить придется тебе.

— Мне? — скривил губы лепрекон. — Ребята, я не сказочный принц и не раскидываюсь бабками направо и налево. А уж за вас я платить точно не буду. Я даже за родственников в ресторане не плачу, а вы на моих родственников точно не похожи. Рожами и ростом не вышли.

— Верно, — сказал я. — А еще у нас нет таких чудесных алмазных пряжек. Но платить придется тебе, Тулл. Без этого никуда. Тебе это выгодно, а ты из тех лепреконов, что никогда не упускают своей выгоды.

— Отлично, — сказал он, скрестив на груди маленькие руки. — Я лепрекон дела. Готов выслушать твои доводы, звезднорожденный. Надеюсь, они будут столь же хороши, как твое умение доводить меня до белого каления.

— Ну, во-первых, если контур починят, то демон не вырвется наружу, не разнесет половину Логова с этим чудесным кабинетом и баром, к которому так неравнодушен мой напарник.

Ог ухмыльнулся, Тулл нахмурился.

— Во-вторых, твои работники больше не будут отлынивать от обязанностей и просить прибавку к зарплате за риски из-за проклятого стреколета. В-третьих, если мы окажемся в воздухе, то перестанем тебя доставать и вызывать у тебя изжогу. В-четвертых, как я слышал, министерство связи крайне недовольно, что ты не в состоянии обеспечить работу особого почтового, хотя государство скостило тебе кучу налогов. Скоро на тебя насядут, и придется платить взятки. Ну и в-пятых, твой бизнес, — я говорю о том, на чем мы тебя поймали, — явно идет ни шатко ни валко. Тебе нужны летуны и прикрытие, иначе бы ты никогда не стал связываться с почтовой службой. Когда мы сможем летать, твои горячие игрушки попадут в руки клиентов. Как видишь, я назвал тебе целых пять причин, чтобы ты оплатил работу и перестал спорить из-за мелочей.

Тулл смерил меня злым взглядом, и в этот момент в дверь постучали.

— Открыто!

Высокий бородатый человек в жилете демонолога вошел в комнату, скользнул по нам взглядом, заметил узилище демона, подошел и, наклонившись, стал изучать.

— Что скажешь, Браудин? — нетерпеливо спросил лепрекон. — Восстановить получится?

— Да, — глухо промолвил тот.

— Тогда приступай к работе.

— Они оплатят? — Короткий взгляд в нашу сторону.

— Я оплачу, — выдавил из себя Тулл. — Восстанови как можно быстрее. А затем поставь его в «Шершень» и проведи все нужные проверки, чтобы стреколет поднялся в небо.

— Это займет сутки.

— Хорошо.

Демонолог надел шелковые перчатки, достал из сумки сложный прибор с присосками, взял им кубик и вышел.

— Это все? — хмуро спросил Тулл.

— Все, — утешил я его.

— Тогда проваливайте. Я потерял с вами кучу времени.

— Одно уточнение. — Ог не спешил уходить. — На тот случай, если ты запамятовал, напоминаю о прежних договоренностях. Мы возим почту, и не только почту. Ты за это платишь живой монетой. Суммы называть или…

— Не страдаю склерозом. Помню, — буркнул тот.

— Пользование полосой Логова — бесплатно. Как и стоянка с обслуживанием.

— Хорошо. Но все ремонты за ваш счет. Если разнесете мне что-нибудь — будете платить. И огнепчел тоже сами покупайте. У меня тут не пасека, чтобы ульи держать.

— Мы не против, — ответил я.

Это было вполне честно. Когда мы вышли из кабинета, Ог довольно ухмыльнулся:

— Ну что, партнер. Жизнь, кажется, налаживается?

Я очень надеялся, что он прав.

В которой мироздание доказывает мне, что от своего прошлого невозможно избавиться.

Мы шли над пушистыми облаками, среди яркого неба и холодного солнца. Ог спал в задней кабине, и я был предоставлен самому себе. На «Шершне» мы летали уже целый месяц, мотаясь по всей Павлиньей гряде. И это был первый рейс, когда орк успокоился, перестал проводить дополнительные тесты, исследования, корректировку работы демона, проверять стабильность Печатей.

Он наконец-то убедился, что пташка не собирается преподносить нам неприятные сюрпризы во время затяжного рейса.