Шрифт:
Они стояли наверху, у искрошенных защитных зубцов. На камне отчетливо выделялись глубокие царапины. Будто секирой рубили, а не когтями чиркнули.
Сильный – ощутимо сильнее, чем обычно – ветер трепал седые волосы Бернгарда и колыхал складки отяжелевшего от грязи орденского плаща. Как живой шевелился на левом плече магистра черный крест.
– Пропала сама и оставила после себя пять обескровленных трупов?
Всеволод не ответил.
Бернгард вздохнул:
– А ведь я предупреждал тебя, русич. С самого начала предупреждал…
Всеволод сжал зубы, опустил глаза. Предупреждал… А он тому разумному предупреждению не внял. Но теперь-то это уже не имеет значения. Никакого. Случившегося не исправить. Мертвых не вернуть.
Но вот найти Эржебетт, если она все еще скрывается в замке, – можно…
– Нужно обыскать крепость, – глухо проговорил Всеволод. – Всю. В первую голову – донжон и детинец.
Магистр нахмурился:
– Боюсь, на это у нас уже нет времени. Обыскивать замок придется долго. А солнце – садится. А после заката начнется новый штурм. А у меня еще не все готово к обороне. В крепости полно работы, и я не могу выделить тебе людей на поиски Эржебетт.
– Я возьму свою дружину! – вскинул голову Всеволод.
– Твоей дружине тоже найдется занятие. У меня сейчас каждая пара рук на счету.
– Но…
– Не спорь, русич. Лучше взгляни на небо.
Пасмурное небо хмуро и недобро взирало на замок. На стены и башни, сложенные из черного камня. На ворота, отделанные белым металлом.
Далеко… пока еще далеко – в закатной стороне, за безжизненным плато с котловиной Мертвого озера темнели, едва не цепляясь за горные пики, тяжелые грозовые тучи – синеватые и раздутые, как непогребенные покойники. Как всплывшие утопленники.
Да, далеко… Но уже сейчас в их иссине-свинцовом чреве можно разглядеть беззвучные пока вспышки молний.
А ветер дул с запада. Сильный ветер. И плотные тучи ползли к Серебряным Вратам, подобно атакующим упыриным полчищам. Только надвигались полчища эти не снизу – сверху.
Плывущие по небесной реке зловещие, набухшие влагой и грозой «утопленники» своими массивными спутанными телами заслоняли солнце. Лишь по верхнему краю туч еще розовел слабый кровавый ободок – прощальный отблеск закатывающегося светила.
– Грядущая ночь будет особенно тяжелой, – спокойно, слишком спокойно продолжал Берн-гард. – Сегодня солнце скроется раньше, чем обычно. А значит, и штурм тоже начнется раньше. Много раньше. И будет гроза. И дождь зальет ров и погасит огни.
Всеволод, хмурясь, слушал мрачное пророчество тевтонского старца-воеводы. А ведь он прав. А ведь наверняка все так и будет.
– Если мы не приготовимся к этой битве как следует, если разбредемся по замку в поисках Эржебетт, Серебряные Врата падут.
– А если Эржебетт выйдет во время боя? Если ударит в спину?
– Она не всесильна. А замок обороняют не пять человек стражи. Если Эржебетт высунется, ее убьют вместе с прочими тварями. Но если мы сейчас бросим все и затеемся искать одну темную тварь, как нам потом отразить натиск сотен… тысяч тварей?
Всеволод шумно вздохнул.
И шумно выдохнул.
– Я понимаю твои чувства, русич, – Бернгард заглянул ему в глаза. Тепла и сочувствия в его взгляде не было. Но холодного понимания – да, этого, действительно, хватало. – Мне тоже не нравится, что легенда о замковом нахтцерере вдруг подтвердилась. Так… м-м-м… неожиданно подтвердилась. Мне совсем не по нутру, что в Серебряных Вратах люди гибнут не только ночью, но и днем. Однако сейчас защитить крепость от внешнего врага для нас все же важнее, чем искать червоточину внутри. А Эржебетт мы найдем позже – это я тебе обещаю.
– Сейчас, – упрямо сказал Всеволод. – Я должен найти ее сейчас.
Найти и поквитаться!
Найти и успокоиться!
Бернгард неодобрительно качнул головой.
– Ладно… Вижу, от тебя здесь все равно проку будет немного: сам покоя не найдешь и других перед битвой понапрасну перебаламутишь. Знаешь что… Возьми-ка с собой брата Томаса – у него ключи от всех дверей. Возьми Бранко. Он тоже знает замок как свои пять пальцев. Возьми еще несколько воинов. Только немного – человек шесть-семь. Осмотри с ними, что успеешь, раз уж это для тебя так важно. Но возвращайся на стены сразу, как только услышишь звук сигнального рога. Твои мечи в эту ночь лишними не будут.
Глава 38
Помимо Бранко и Томаса Всеволод взял с собой четырех десятников из своей дружины. Кроме того, к их небольшой поисковой группе пожелали присоединиться Сагаадай, Золтан и Раду, которым тоже очень не хотелось перед грядущей битвой оставлять в тылу неведомого и непонятного врага.
Десять человек при полных боевых доспехах, с серебрёными клинками наголо и с трескучими факелами в руках, начали поиски. С самого сердца Серебряных Врат начали – с донжона и сложного оборонительного комплекса, пристроенного к главной башне замкового детинца.