Шрифт:
На нетвердых ногах Немов шагнул в сторону. Ребята продолжали смеяться. Тогда Сашка вдруг рванул от них и побежал, неловко проваливаясь в снег. Он несся к реке и вот уже лязгал своими ботинками по ее ледяному панцирю.
– Стой! Куда потопал? Провалишься! – опомнился Мишка.
Но Немов шлепал вперед. В эту минуту ему действительно хотелось провалиться. Чтобы больше не терпеть этого позора. Уйти с головой под лед и не видеть белого света. И вдруг истонченный недавней оттепелью лед действительно треснул под Сашкиным ботинком. Словно кто-то дернул за замок огромной молнии, и река начала быстро расстегивать свою ледяную броню. Ребята на берегу застыли, не зная, что предпринять. А Сашка уже провалился одной ногой под лед. Он вскрикнул, только сейчас сообразив, что же натворил. Но вторая нога провалилась следом, и вот уже Немов бултыхался в воде, неловко цепляясь за обламывающийся под пальцами лед.
– Всем стоять! – крикнул Мишка. – Вызывайте «Скорую»! И аварийку!..
Сомовы достали свои мобильные. Пряшкин бездумно глотал ртом воздух. Димка носился по краю берега, не смея ступить на хрупкий лед. И тут Тося, сама не понимая, что делает, вдруг упала на четвереньки: она поползла к берегу и осторожно опустила ладони на лед. Сделала пару шагов руками вперед, а потом поставила на лед колени.
– Стой! Глупая! Куда? – кинулся к ней Мишка.
От испуга ладони Тоси поехали вперед, ноги разогнулись, и она легла животом на лед. Но тут же подтянула свое тело вперед. Налегая локтями на лед, она ползла от берега. Все ближе и ближе к барахтающемуся в воде Сашке. Но тут почувствовала, как что-то впилось в ее ноги мертвой хваткой. Тося повернула голову и увидела, что за ней на льду распластался Мишка.
– Хватай меня! – кричал он Димке.
И Суздальский разлегся следом, давая возможность Тосе продвинуться еще метра на полтора вперед. Сашка был уже совсем близко. Руки его вздымались надо льдом, и казалось, что вот-вот Тося сможет ухватиться за них. Теперь над водой торчала лишь его голова. Сашка открывал рот, но крика не было, видимо, спазм страха схватил его за горло. Сашкины руки тянулись к Тосе, но снова опускались, пальцы хватались за лед, обламывая его. Ноги у Тоси были словно в тисках, не давая возможности ползти дальше. А не хватало-то всего нескольких сантиметров. И вдруг Тося буквально проехалась на животе вперед, сумев ухватить Сашку за рукава куртки. Это лег на реку Пряшкин, сделав цепочку от берега еще длиннее. Сашка тоже вцепился в Тосю. Будто стараясь прямо по ней, подминая спасительницу под собой, выбраться из-подо льда наружу. И Тося чувствовала, что вот сейчас сама окажется в воде. Но тут ее с силой рванули за ноги. И она снова поехала по льду, только теперь к берегу. И навалившийся на нее Сашка ехал вместе с Тосей, потихоньку освобождаясь из воды. Вот уже на берегу вскочил на ноги Пряшкин, а за ним и Димка. Еще чуть-чуть, и Тося целиком оказалась в Мишкиных руках. Она отпустила Немова, ткнулась головой Мишке в грудь и замерла, не в силах больше пошевелиться. А где-то уже завывала сирена «Скорой помощи». Врачи бежали к реке. Они схватили мокрого Сашку и погрузили на носилки. Димка, Сомовы и Пряшкин побежали за ними.
– Ну ты как? Скажи что-нибудь! – кричал Тосе в ухо Мишка.
– Руки замерзли, – чуть отстранилась от него Тося, показывая свои покрасневшие от ледяной воды шершавые пальцы.
Тогда Мишка зажал ее руки между своими горячими ладонями и стал дышать на мерзлые пальцы. А Тося смотрела на ледяную реку, на заснеженные Воробьевы горы и потихоньку отогревалась где-то внутри…
Глава 14
Рождество
Дома Тося не стала ничего рассказывать маме о происшествии на Воробьевых горах. Ведь тогда бы пришлось вспомнить историю с разбитой указкой. А это неминуемо вызвало бы множество вопросов, отвечать на которые Тося пока не решалась. Зачем она брала вину на себя и хорошая ли из этого вышла услуга? И как мог такой разумный Сашка рисковать жизнью, чтобы доказать свою смелость? А потом чуть не утонуть в реке, убегая от мнимых насмешек. Столько событий навалилось на Тосю, что Димка оказался сейчас отгороженным каким-то плотным забором. Стал далеким и почти незаметным…
И уже вечером мама сама постучалась к Тосе в комнату.
– Все хорошо, дочь? – спросила она, присаживаясь рядом.
Тося кивнула.
– Завтра не планируй длинных прогулок, ладно? – попросила мама.
– А что такое?
– Увидишь!
Мама поцеловала Тосю, махнула рукой и ушла к себе. И если приглядеться, можно было заметить робкую улыбку, притаившуюся в уголках ее губ…
Тося вскочила с кровати раньше обычного и понеслась в ванную комнату. Ей хотелось прожить новый день очень внимательно и осторожно, обкатывая внутри каждую минуточку. Когда вокруг творится столько непредвиденных событий, нужно все время быть начеку. Утренний душ бодрил и поднимал настроение, Тосе казалось, что сегодня она будет готова ко всему. Намотав на голову полотенце, она вышла из душной и парной ванной. Влажными босыми ногами прошлепала по коридору и тихонько заглянула в мамину комнату. Родительская кровать была пуста! Тося даже подскочила на месте, и тюрбан чуть не свалился с ее головы.
– Мама! – непроизвольно выкрикнула она.
Из кухни донесся мамин голос:
– Ты уже встала? Что так рано?
Тося поскакала на кухню. Мама открыла дверь и теперь возникла оттуда бодрая, нарядная, даже причесанная как-то по-новому, необычно.
– А я тут встала пораньше, но не хотела тебе мешать, – мама затянула на талии фартук. – Вот, блинов решила напечь…
И Тося увидела возле плиты миску с тестом.
– С чего это вдруг? – продолжала удивляться она. – Еще и десяти нет. А тебя в праздники раньше одиннадцати из кровати не вытянешь…
– Так, – неопределенно ответила мама и вылила первый половник теста на разогретую сковороду.
По кухне разнесся аромат блинов.
– Чур, первый мне! – попросила Тося, усаживаясь за стол.
Пока все шло очень даже хорошо. И мама засмеялась. Звонко, легко, задорно…
Тося уже сушила голову, а мама выкладывала на блюдо последние блины, когда в дверь позвонили.
– Открой! – крикнула из кухни мама.
– Кто это еще?
Мама не ответила. И Тося пошла открывать дверь. На пороге стоял папа! Тося запищала и кинулась ему на шею.
– К сюрпризам готова? – с напускной строгостью спросил отец.
Тося сначала неуверенно пожала плечами, но тут же передумала и с готовностью закивала головой. Тогда папа нагнулся и поднял что-то с пола из-за двери, а затем занес в квартиру подарочную коробку, перевязанную красивым бантом. В коридор вышла мама, она вытирала руки полотенцем. И приход папы, и коробка будто совсем не удивили ее. Тося уже начала понимать, что родители давно сговорились об этом. Пока она была занята жизнью класса, семейная жизнь не ждала и шла своим чередом.