Шрифт:
А кто еще позаботился бы о ней, если мама умерла такой молодой?
К сожалению, Полковник столь рьяно занимался ее воспитанием, как будто жизнь хотел положить на то, чтобы из новобранца сделать хорошего солдата. Его любимыми инструментами для этого были твердая рука и жесткий язык. В душе Роми до сих пор не зажили раны от того и другого. И прежде всего, томительное ощущение, что она «непригодна». Что бы она ни сделала, все было недостаточно хорошо для него.
И сейчас все выглядело, как если бы Клинт Маклейш скрывал подобные же мысли. Так или иначе, Роми намерена обойтись без этого. И без несостоятельности, о которой всегда говорил отец.
Ее глаза блуждали по дороге перед ними. Она прищурилась. Что такое?
– Стойте!
Роми уперлась руками в переднее стекло. В тот же момент Клинт утопил педаль тормоза, машина пошла юзом. Мотор заглох. Единственный звук, который Роми слышала, была шумевшая в ушах кровь. Потом вернулось дыхание.
Поперек дороги лежала раненая большая серая кенгуру. Ее голова беспомощно дергалась на песке, и сердце Роми болезненно сжалось. Она достала пакет первой помощи, отстегнула ремень безопасности и открыла дверцу.
– Роми, подождите! – Он оттащил ее.
– Но ей нужна помощь.
– Она может убить вас ногами. Взгляните сами.
Роми никогда не замечала, какие большие у кенгуру когти.
– Не думаю, что она может хотя бы пошевелиться.
Но стала осторожнее. Клинт был рядом с ней. У кенгуру кровь текла из носа и закатывались глаза. Но серое тело было зловеще неподвижно.
Клинт печально бросил:
– У нее сломан позвоночник.
Роми опустилась на колени возле кенгуру и нежно погладила по серой лопатке. Животное вращало широко раскрытыми глазами, но не похоже было, что оно что-нибудь чувствует. У Роми сердце заныло от жалости.
– Идите в машину, – твердо сказал Клинт.
Она взглянула в холодные зеленые глаза:
– Нет! Мы же можем что-нибудь сделать?
– Оставьте меня с ней. Так будет лучше.
Клинт был почти такой же серый, как кенгуру.
– Нет, вы не можете...
Он перевел на нее потемневшие глаза:
– Меня учили убивать, Роми. Я это умею делать лучше всего. А теперь, пожалуйста, вернитесь в машину.
Разрываясь между желанием остаться с ним и зная, что не выдержит предстоящего зрелища, она отошла в сторону.
– Роми, пока вы упрямитесь, животное страдает, – смягчился Клинт, но взгляд остался твердым.
Она опустила голову и пристыженно отвернулась. Все кончилось мгновенно...
Ее слезы были и по кенгуру, и по Клинту, которому пришлось совершить это убийство. Она посмотрела на животное и заметила какое-то легкое движение живота.
Клинт опустился на колени:
– Роми, у меня в машине старый свитер. Можете принести?
Она поспешила к машине и на подходе к ней заметила на земле след незнакомых шин. Отыскав свитер, Роми вернулась к сгорбившемуся над мертвым животным Клинту. Не глядя в неподвижные глаза кенгуру, она передала свитер, вернулась обратно, открыла телефон и сделала фотографию протектора характерного отпечатка. Кто-то на дорогих шинах побывал сегодня вечером в парке. И ехал с большой скоростью...
– Роми, можете мне помочь?
Она закрыла телефон и осторожно направилась к Клинту, не понимая, что ему нужно. Увиденное поразило ее. Из сумки кенгуру он извлек крошечный мокрый меховой комочек. Детеныш! Вот почему шевелился живот мертвого животного. Клинт сразу завернул малыша в теплый свитер, а его рукава завязал на шее Роми.
Она стояла тихо, изумленно глядя в огромные, озадаченные глаза, поблескивавшие из складок свитера. В этот момент Роми почувствовала себя суррогатной матерью самой крошечной жизни, какую когда-либо держала в руках.
Роми перевела взгляд на Клинта. Между смертью и жизнью – всего одно мгновение. Теперь ее мысли были направлены не на мертвую кенгуриху, а на ее детеныша. У Клинта тоже горели глаза, как будто спасенная жизнь спасла и его.
– Садитесь. В часе езды для нее есть кормилица. Туда мы ее и отвезем.
– Ее?
– Взгляните на глаза – они такие же огромные, как у вас.
За жесткой внешностью Клинта скрывалась горячая романтическая натура. У Роми пересохло во рту. Сначала она почувствовала себя защищенной. Теперь у нее подозрительно вяжет во рту. Что, черт возьми, с ней происходит?
Клинт осторожно оттащил мертвую кенгуру на обочину. Роми села на переднее сиденье и поудобнее пристроила свитер с кенгуренком на груди.
Она похлопала по карману, чтобы убедиться, что мобильный там, и повернулась к Клинту:
– Поехали.
Глава 5
Передав кенгуренка, закутанного в свитер, Роми почувствовала странный холод в груди.
Они прервали ужин сиделки и ее родных. Но, увидев выжившего детеныша кенгуру, все семейство очень оживилось. Прежде чем Клинт и Роми уехали, глава дома показал им еще несколько спасенных малышей, которые росли в их семье. Все кенгурята попали к ним в результате происшествий на дорогах. Звереныши выглядели такими здоровыми, что Роми немного успокоилась: ее малышка попала в хорошие руки. Иначе пришлось бы забирать кроху домой. Малышку поместили в мешочек из овечьей шерсти и дали спасительной смеси из детской бутылочки.