Ответ Белогорки на простой вопрос не давал покоя. Помимо любопытства Стасом двигало желание помочь девушке, хоть чем-то скрасить ее существование. Ведь горе, разделенное на двоих, вдвое меньше.

Он говорил с ней каждый день, рассказывал о событиях снаружи, о строительстве башни. Лишь эта тема вызывала у Белогорки неподдельный интерес, но связи между узницей и возведением башни Стас понять не мог. И еще она спрашивала о правительнице, но Стас не видел ее с тех пор, как та дала ему шанс, приказав помогать Свеарну.

— Откуда ты знаешь Свеарна? — спросил он однажды.

— Так случилось. — Она явно не хотела вдаваться в подробности. — Я… служила ему.

— Слушай! А язык аллери ты знаешь?

— Знаю. Немного.

— Здорово! Ты не могла бы научить меня?

— Зачем тебе язык аллери?

— Я же механик! Мне трудно говорить с великим механиком, не зная языка аллери. Я хочу его выучить. Я уже немного знаю.

— Правда? — оживилась Белогорка. — Скажи-ка что-нибудь!

Стас повторил то, что обычно говорил Свеарн, давая указания рабочим, и постарался соблюсти акцент. Девушка рассмеялась:

— Неплохо! Но не старайся передразнивать, просто говори.

— Я не передразниваю.

— У тебя никогда не получится говорить, как истинный аллери — мы слишком разные, понимаешь? Говори, как можешь.

— Ладно. Так ты поможешь мне?

— Помогу.

С того дня Стас регулярно занимался языком. Белогорка говорила хорошо, иногда запиналась, но легко переводила любые фразы. Жаль, что под рукой не было ручки с бумагой и приходилось запоминать, но Стас худо-бедно справлялся. Способности к языкам у него были всегда, он на лету запоминал фразы из книг и фильмов, на каком бы языке они ни звучали. Но заниматься серьезно не хватало сил. Лень.

Через неделю Стас изумил Свеарна, выдав безупречно построенную фразу. Даже переводчик открыл рот.

— Ты выучил наш язык? — хлопая глазами, спросил великий механик.

— Стараюсь запоминать, — скромно ответил Стас. — У кого мне учить? Вы — мой учитель.

Грубая лесть понравилась Свеарну. Он засмеялся:

— Видишь, Сторг! — Сторгом звали переводчика. — Ты учил язык ставров втрое медленней, выходит, ставр втрое умнее тебя!

Сторг неприязненно взглянул на Стаса.

— Если он так будет продолжать, ты станешь мне не нужен! — проговорил Свеарн. «Это точно», — подумал Стас.

Вечером его накормили и проводили в камеру. Когда страж ушел, Стас, как обычно, нагнулся, вытащил камень и услышал голоса. Не голос — именно голоса. В камере Белогорки кто-то был! Стас осторожно прилег и прильнул ухом к отверстию.

— Мне нравится приходить сюда и видеть, как ты вздрагиваешь! Как боишься!

Стас мог поклясться, что узнал этот голос. Голос правительницы Ильдорна.

— Знаешь, почему я не убила тебя до сих пор? Мне нравится видеть, как день за днем, без солнечного света и живого воздуха, ты превращаешься в старуху!

Белогорка молчала.

— А помнишь, как ты умоляла меня о пощаде? Давай, попроси еще! Быть может, я пощажу и выпущу тебя!

Айрин расхохоталась так, что Стас понял: она никогда не выпустит пленницу! Что за тайну скрывает Белогорка?

— У тебя было много времени, но оно истекает. Готовься… К смерти.

Шаги правительницы затихли, и Стас услышал рыдания Белогорки.

— Белогорка!

Молчание. Плач затих, но Стас знал, что ему не почудилось. Еще бы! После таких-то слов!

— Белогорка! Ответь!

— Чего тебе? — медленно, мучительно отозвалась она.

— Ты плачешь! Почему?

— Не твое дело.

— Я слышал все! — крикнул Стас.

— Что ты слышал?

— О чем говорила правительница!

— Что ты мог слышать? Ты не знаешь язык.

— Я уже знаю достаточно, чтобы понять!

Она молчала.

— Я догадываюсь, почему ты здесь! Можешь не говорить, но я услышал достаточно, чтобы понять, почему ты здесь, — повторил он.

— Может быть, ты даже знаешь, кто я?

Стас умолк. Этого он не знал. Да и какая разница?

— Она угрожала тебе, — сказал он. — И знаешь, ты вела себя… как герой!

— Разве? Герои борются и побеждают, а что могу я?

— Я вытащу тебя отсюда! — вдруг сказал Стас. Сказал и умолк. Как это вырвалось — он сам не знал. Но слово прозвучало. В его мире настоящий мужчина должен отвечать за свои слова.