Шрифт:
— Кто завязал их? — Бэленджер поежился, но вовсе не от холода.
— Узлы спереди. Возможно, он сам это и сделал. — Аманда провела лучом фонаря по мертвецу снизу вверх. — Оставил руки свободными, завязал все узлы, а потом просунул руку под веревку на груди, чтобы держать книгу. Когда подойдешь вплотную, видно, как все это устроено, а от входа кажется, будто человек приветствует нас.
— Позвольте вам представить преподобного Оуэна Пентекоста, — произнес Повелитель игры.
На сей раз голос прозвучал не в наушниках Бэленджера, а в громкоговорителях, спрятанных где-то в стенах. Гулкое эхо действовало на нервы.
— У этого мерзавца была страсть к театральщине, — заметил Бэленджер.
— Вы даже и не представляете, насколько сильная, — отозвался Повелитель игры.
— Книга, которую он держит! Наверное, это Библия?
Аманда наклонила голову, пытаясь прочесть надпись на корешке. Это ей не удалось. Она поставила фонарь, застыла в нерешительности и протянула руку, видимо намереваясь стряхнуть пыль и разглядеть буквы.
— Это может быть мина. — Франк схватил ее за руку.
В отсвете луча фонаря синяк на внезапно побледневшем лице Аманды стал особенно заметен.
— Иракские террористы любили прятать мины под телами убитых американцев, — объяснил Бэленджер. — Пока на взрыватель давил вес покойника, все было спокойно. Но стоило убрать труп, как мина взрывалась.
Аманда поспешно убрала руку.
— Это не Библия, — сказал Повелитель игры. — Книга называется «Евангелие Склепа мирских страстей».
— Не понимаю, — признался Бэленджер.
— Пентекост писал ее с дальним прицелом. В ней предсказано зло наступающего столетия и говорится о том, что людям необходимо понять истину.
— Так что же такое истина?
— Посмотрите сами.
Аманда осветила лучом фонаря отверстие, находившееся позади Пентекоста. Держа винтовку на изготовку, Франк шагнул вперед. Аманда следовала за ним, освещая путь фонарем. Они миновали проем в стене и оказались в огромном зале.
Аманда ахнула, а Бэленджер досадливо поморщился и заявил:
— Да, это склеп, все верно. А вот и мирские страсти.
3
Пещера словно светилась. Сталактиты и сталагмиты частично закрывали видимость. Да и узкий луч фонаря не позволял разглядеть все сразу. Аманде пришлось медленно переводить световой круг от предмета к предмету, от места к месту, от мизансцены к мизансцене. От мертвеца к мертвецу.
Здесь их дожидались жители Авалона. Они были облачены в свои лучшие наряды, те, в которых по воскресеньям ходили в церковь, за век с лишним густо покрывшиеся пылью и утратившие яркие праздничные расцветки. Как и у Пентекоста, у всех были иссохшие сморщенные лица со скулами, туго обтянутыми пергаментной кожей. Трупы, мумифицировавшиеся в холоде пещеры, казалось, принадлежали карликам. Одежды висели на них, словно саваны.
Ближайшая к Бэленджеру и Аманде группа состояла из четверых мужчин, которые сидели за столом и играли в карты.
— Ни в коем случае не прикасайся ни к чему, — напомнил Франк.
Мужчины были привязаны к стульям, но здесь, не в пример случаю с мертвым Пентекостом, веревок не было видно. Карты приклеены к ладоням. Руки, лежащие на столе, прибиты к нему гвоздями. Перед каждым лежит горстка монет.
Перед людьми, сидевшими за другим столом, стояли бутылка виски и стаканы, густо покрытые пылью. Как и первых, мумии удерживали на месте веревки и гвозди.
— Грехи… — пробормотал Бэленджер.
За следующим, не квадратным, а вытянутым столом они увидели мужчину, женщину и нескольких детей, сидевших перед тарелками, на которых некогда громоздились горы пищи, превратившейся в кучки сублимировавшейся, неопознаваемой массы. Изо ртов мумий торчали кости, похожие на куриные ребра и ножки.
На кровати голый мужчина лежал поверх двух, тоже обнаженных, женских мумий. На соседней койке другой лапал лишенные одежды трупики мальчика и девочки. Чуть поодаль некий тип стоял на коленях, уткнувшись лицом в стол. Сзади на нем лежал другой. А там мужчина совокуплялся с собакой.
— Похоже, преподобный Пентекост был помешан на сексуальной почве, — заметила Аманда.
Возле пыльного зеркала сидела женщина. Перед нею были разложены расческа и баночки с засохшей косметикой. Мужчина с продырявленным виском упал лицом на стол, сжимая в руке револьвер. Мумия пожилой женщины играла на скрипке, а пара танцевала, крепко обнявшись. Бэленджер сначала подумал, что такую позу устроить невозможно, однако разглядел, что танцоры прибиты гвоздями к доске, основание которой было надежно закреплено в куче камней.
Повсюду, куда Аманда ни направляла луч фонаря, открывались схожие сцены.
— Музыка и танцы? Пентекост был строг по части греховных поступков, — сказал Бэленджер.
Луч фонаря нашел приделанную к стене телекамеру.
Франк порывисто шагнул к ней и гневно обратился к Повелителю игры:
— С тем, у кого пуля в голове, все ясно. А как умерли все остальные? Это было массовое самоубийство, наподобие того, на которое подбил свою паству Джим Джонс — с отравленным кул-эйдом?
— Флэйвор-эйдом, — поправил Повелитель игры. — В качестве яда Джонс использовал цианид. Его церковь называлась Народным храмом. Более девятисот последователей этого проповедника покончили с собой. Джонс убедил их таким образом выразить протест против антигуманного мира. [10] Это лишь одно из массовых самоубийств на религиозной почве, совершенных в недавнее время. В конце девяностых годов члены ордена Солнечного храма покончили с собой, чтобы уйти от зла, царящего в мире, в небесное убежище — на планету, вращающуюся вокруг Сириуса. Поклонники культа Небесных врат напились отравленной водки, надеясь попасть в рай на космическом корабле, которым якобы являлась приближавшаяся к Земле комета Хейла-Боппа. Но лично мне больше всего импонирует Движение за возрождение десяти заповедей Бога. Его участникам являлась в видениях Дева Мария. Они верили, что конец света наступит тридцать первого декабря тысяча девятьсот девяносто девятого года, в канун смены тысячелетий. В должное время апокалипсис не свершился. Они проверили свои расчеты и пришли к выводу, что истинного конца света нужно ждать семнадцатого марта. Более восьмисот человек умерли, желая успеть до момента, который, по их убеждениям, должен был завершить отмеренное миру время.
10
Это событие произошло 18 ноября 1978 года в Джорджтауне (Гайана).