Шрифт:
– Вы что-нибудь слышали о Синанджу? Это рыбацкая деревушка неподалеку отсюда.
– Нет.
– Никогда?
– Никогда.
Йоканг подошел к нему вплотную и заглянул в глаза:
– Даю вам слово офицера, что, если это золото предназначалось Синанджу, я не трону его и вы сможете спокойно довести вашу миссию до конца.
Капитан Сибрук опешил. Какое нелепое предложение! Даже если этот тип и имел какое-то влияние, он уже наверняка радировал наверх о том, что захватил американскую подводную лодку, вторгшуюся в воды Северной Кореи. При той строгой иерархии, которая существовала в северокорейской армии, он ни за что не стал бы атаковать «Арлекина», не получив соответствующего приказа. Что-то тут было не так.
– Мне очень жаль, но я никогда не слышал о Синанджу, – честно признался Сибрук.
– Да этого не может быть, – пробормотал капитан Йоканг, потирая ладонью массивный подбородок. – Синанджу никогда бы не стала работать на Америку, даже если бы в Америке знали о Синанджу. Я, собственно, знал, что Синанджу здесь ни при чем, но должен был удостовериться.
С этими словами капитан Йоканг извлек из кобуры револьвер.
– Видите ли, если бы золото действительно принадлежало Синанджу, – продолжал он, поднимая револьвер, – то мне было бы лучше пустить себе пулю в лоб, чем вызвать гнев Великого мастера.
Капитан Джон Пол Сибрук успел подумать только, что это, должно быть, какой-нибудь местный князек. В следующее мгновение он увидел направленное на него дуло и услышал щелчок взводимого курка.
– Спасибо за откровенность, болван.
«Он не посмеет выстрелить в меня», – промелькнуло в голове капитана, и в ту же секунду дуло полыхнуло огнем, затем еще и еще раз, и по груди Сибрука растеклось кровавое пятно.
Бросив американца истекать кровью, корейцы перегрузили ящики на фрегат «Са-И-Гу».
Капитан был еще жив, когда корейцы задраили все люки, оставив команде надежду на то, что они все же вернутся на родину.
Однако не успели моряки с «Арлекина» обрадоваться, как разом рванули несколько пластиковых бомб, прикрепленных к наиболее уязвимым местам вдоль корпуса субмарины.
В отсеки хлынула вода Желтого моря – холодная и черная. В эти последние секунды перед смертью капитан Джон Пол Сибрук напился вволю. Мысли его были горькие, как полынь.
«Не надо было мне говорить правду, не надо было мне говорить правду...» – с ритмичностью заезженной пластинки твердил он про себя.
Когда лодка легла на каменистое морское дно, капитан Сибрук был уже мертв.
Глава 9
Вооружившись фонариком, Харолд В. Смит шел по цокольному этажу клиники «Фолкрофт». Луч фонарика перебегал от одной печи к другой, пока не остановился на мерцающей неровным светом решетке старой угольной топки, стоявшей в затянутом паутиной углу.
Смит приблизился, концом фонаря приподнял ручку и осторожно приоткрыл решетку.
Угли отвратительно чадили. Смит взял кочергу и помешал ею в печке. Взметнулись искры, послышалось легкое шипение. Показались обожженные человеческие кости – часть бедра, голень...
Баз Катнер вел себя хорошо. Через день-другой его будет не отличить от угольной золы. Только тогда можно будет спокойно вывезти его кремированные останки на свалку.
Закрыв решетку, Смит продолжил свой обход. Дверь, ведущая в помещение, где находилась компьютерная система, была закрыта на тройной замок. Проверять машины не имело смысла. Они делали свое дело, сканировали сеть, и Смиту больше не требовалось открывать эту дверь.
Однако из-за двери доносились какие-то странные звуки.
Смит приложил ухо к двери, и звуки стали отчетливее. Их было сложно описать. Глухие – органического происхождения – звуки, словно кто-то вертел мясо в мясорубке.
Порывшись в кармане, Смит извлек свои ключи и открыл дверь.
Осветив помещение фонарем, он увидел мерно вращавшиеся бобины с лентой. Все было как обычно.
Все да не все... Внимание его привлекли стоявшие в ряд, словно бессловесные твари, джукбоксы. У них не было движущихся частей, так что внешне они не вызывали беспокойства.
Однако внутри... что-то двигалось, шевелилось с тихим, неподдающимся описанию звуком.
Смит опасливо приблизился и снял панель, чтобы проверить, на месте ли оптические диски «УОРМ». В следующее мгновение с губ его сорвалось проклятие, и он в ужасе попятился.
Диски буквально кишели земляными червями. Слепые, лишенные конечностей твари ползали среди монтажных плат, извивались между чипами, тыкались крохотными ртами в дисководы, насаженные на центральный шпиндель.
Дисководы были изъедены до дыр, словно листья салата.