— Ни против того, ни против другого. Все дело во мне.

— Ты меня любишь?

— Да.

— Так в чем же дело?

— О Тэк, — произнесла она все тем же пугающе тихим голосом и на этот раз прикоснулась к его руке. — Ты хочешь услышать, что я брошу все и уеду с тобой, но я не могу. У меня здесь есть обязательства.

Он сжал ее пальцы.

— Какие обязательства?

— Моя юридическая фирма, моя практика.

— Твои партнеры простят тебя. Они тоже люди, к тому же женатые.

— Но я приложила столько сил, чтобы создать это. У меня хорошая практика.

— Адвокатом по уголовным делам можно быть где угодно. Твоя клиентура постоянно меняется. Ты можешь начать набирать клиентов в восточной части штата.

— Это не так просто. Здесь меня знают, а там нет. Там выше конкуренция, более ускоренные темпы работы. Бостон кишмя кишит адвокатами. И меньше всего ему нужен еще один.

— Ты можешь открыть практику на окраине. Я знаю массу адвокатов. Кто-нибудь из них сможет взять тебя к себе.

— Я не хочу, чтобы меня брали к себе. Я хочу собственную практику. Я хочу сохранить то, что имею.

— Ты упрямишься.

— Я? Поменяй ты работу, Тэк. У тебя есть диплом по бухгалтерскому учету, огромный опыт. Ты в минуту найдешь себе работу.

— Но мне нравится моя работа.

— А мне моя. Ну и что мы будем делать дальше?

Тэк продолжал ехать. Он не имел ни малейшего представления о том, где он находится, не знал, куда едет, но перспектива потеряться в Нортгемптоне его совершенно не пугала.

— Предположим, я начну подыскивать себе новую работу, — через некоторое время произнес он. — Тогда ты выйдешь за меня замуж?

— Работу здесь?

— Ну естественно не в Бостоне.

— А о какой работе ты думаешь?

Она говорила слишком небрежным тоном, чтобы это могло его обнадежить. Но он не собирался менять тему разговора.

— Давай не будем вдаваться в детали. Если я соглашусь переехать сюда, ты выйдешь за меня замуж?

Она слишком долго колебалась.

— Ты не хочешь вступать в брак, все дело в этом, да?

— Не то чтобы не хочу.

— Тогда в чем дело?

— Это слишком серьезный шаг.

— Да, — энергично кивнул он. — Огромная ответственность.

— Нельзя решать сгоряча.

Тэк съехал на обочину, поставил машину на тормоз и повернулся в темноте к Дафне.

— Если бы тебе было двадцать или двадцать пять, я бы согласился с тобой, но ты — взрослая женщина, Дафна. Вопрос не стоит ни о какой горячке. Вопрос заключается в том, сможем ли мы воспользоваться предоставленной нам возможностью.

— А если мы ошибаемся?

Тэк взял ее голову в ладони.

— Тебе кажется, что ошибаемся? За все то время, которое мы провели вместе в течение последних двух месяцев, тебе когда-нибудь казалось, что что-то не так?

— Нет, — призналась она.

— Спасибо, — ответил Тэк и наградил ее страстным поцелуем, подводя им определенный итог.

Он едва успел отстраниться от ее губ, как услышал, что у нее перехватило дыхание. Ему был знаком этот звук. Ей понравился его поцелуй, и она хотела большего, но как бы лестно это ему ни было, он не собирался заниматься сейчас сексом. Сначала ему слишком многое надо было ей сказать.

— Я знал, что это приближается, — продолжил он, не выпуская ее лицо, чтобы она не отвлекалась. — Я знал, что не смогу находиться здесь вечно и что, когда вопрос встанет о моем отъезде, между нами возникнет кофликт. Я мучился из-за этого, Даф, потому что мне противна мысль о том, что я вернусь в Бостон и буду видеться с тобой только в выходные дни. Я хочу возвращаться домой после работы и проводить ночи с тобой. Это гораздо больше, чем секс.

— Я знаю, — прошептала она.

— У меня были любовницы, Господь свидетель, были, но они никогда ничего мне не давали, кроме физического удовлетворения. Ты даешь мне гораздо больше, Даф. Ты заполняешь мои мысли. Черт, я не хочу снова оставаться один. Я устал от одиночества, и ты устала, если тебе хватит смелости признаться в этом. Я замечаю это иногда в твоем взгляде — тоску по тому, чего ты никогда не имела. Так ты можешь получить все это. Я могу тебе это дать. Но тебе придется кое-что взять и на себя. Только так может что-нибудь получиться.