— Именно так.

— Я не могу снять деньги со своего собственного счета?

— Именно так.

— Ты, наверное, шутишь. — У Лауры вырвался смешок, который показался странным даже ей самой. Ей не была свойственна презрительность. Ей не были свойственны сарказм и горечь. Но за последнюю неделю ее жизнь изменилась, к тому же она все еще была обижена на Мадди после встречи в ресторане. — Скажи мне, что ты шутишь, Даф.

— Не могу, — пробормотала Дафна. — Как бы я ни хотела этого, не могу.

— Я осталась без денег?

— У тебя есть деньги. Но ты не можешь ими пользоваться.

Лаура не могла поверить собственным ушам. Это было уж слишком. Прислонившись к стене, она провела дрожащей рукой по волосам.

— Здесь какая-то ошибка.

Дафна не могла выговорить ни слова.

— Ну скажи же, Даф.

Дафна лишь пожала плечами.

Лаура судорожно пыталась собраться с мыслями. Казалось, в последнее время она только этим и занималась. Простейшие жизненные вопросы — что надеть, готовить ли обед — стали для нее неразрешимыми проблемами. Но то, с чем она столкнулась сейчас, представлялось ей просто катастрофой.

— Ты хочешь сказать, что я не имею доступа ни к каким деньгам, хранящимся в банке? — очень медленно проговорила она.

Дафна вздохнула.

— На что же, считается, я должна жить?

— На доход от «Вишен».

— Но моя ежедневная выручка только покрывает расходы — покупка продуктов, оплата персоналу, выплата ссуды и денег по закладной. Того, что остается, не хватит нам на жизнь. Расходы на жизнь оплачивались из доходов Джеффа, но, так как Джеффа нет, теперь не будет никакого дохода, и если я не смогу взять деньги в банке, то не смогу оплатить счета, — добавила она, осознавая весь ужас происшедшего. — О Господи! — воскликнула Лаура, и все поплыло у нее перед глазами. На нее навалилось слишком много, и все это было несправедливо и находилось вне ее власти. Ей было худо от собственной беспомощности. Покачиваясь, она добрела до лестницы и опустилась на ковровую дорожку. — Этого не может быть.

— Я понимаю, — Дафна опустилась рядом с ней на ступеньку.

— Все запутывается больше и больше. Где же конец этому?

— Не знаю.

Лаура справилась с головокружением взрывом слепой ярости.

— Они не имеют права! Правительство не имеет права поступать так со мной.

— Имеет. Это все в рамках закона. Я только что выяснила. Служба внутренних доходов может арестовывать счета без ведома суда.

— Но это неправильно! — вскричала Лаура. Они с Дафной были одни дома, двери и окна были закрыты, а слышен ли ее голос на чердаке — ее не волновало. Ярость настолько переполняла ее, что она бы разорвалась, если бы не выпустила хотя бы часть ее наружу, — в этом ее мать была права. — Возможно, мой муж находится под подозрением, но не я, а половина наших денег принадлежит мне. На что, считается, я должна жить? Скажи мне! Как мне свести концы с концами, пока Джефф болтается черт знает где, а врунишки из Службы внутренних доходов разыскивают его? Я должна обеспечить дело, дом и двоих детей. Как правительство, которому я ежегодно плачу огромные налоги, предполагает, я должна жить?

— Для начала ты откроешь счет на собственное имя, — промолвила Дафна по меньшей мере в два раза тише, чем говорила сейчас Лаура. — И отныне все твои доходы будут поступать на него.

Лаура ощущала, как ее охватывает паника. Она изо всех сил пыталась загнать ее внутрь, но та накатывала волнами.

— Прекрасно, но эти деньги не смогут покрыть наши расходы. С самого начала мы знали, что финансовые инвестиции в наш ресторан не дадут существенной прибыли в течение нескольких лет. А что я буду делать с закладной за этот дом? Чем буду кормить детей?

— Успокойся, — Дафна прикоснулась к ее руке. — Главное сохранять спокойствие.

— Я стараюсь, но с каждой минутой это становится все труднее и труднее. — Лаура обхватила руками колени. — Когда Джефф исчез, у меня было такое ощущение, словно меня окунули в ледяную воду и растянули на дыбе. С каждым днем меня словно подтягивали все выше и выше. А теперь у меня такое чувство, что дыбу начали дергать в разные стороны.

Она крепко прижалась подбородком и губами к коленям, настолько крепко, что даже сквозь легинсы ощутила прикосновение к телу своих зубов. Она изо всех сил зажмурила глаза, но и это не помогло, и, широко раскрыв их, она уставилась на Дафну.

— Как мог Джефф так поступить со мной? Что он думал, когда уезжал, — что, если он исчезнет, все будет прекрасно? Он наверняка знал, что на крючке у Службы внутренних доходов, потому и сбежал.

— Держись, Лаура. Ты уже начинаешь говорить так, словно он виновен.

— Мне не хочется так думать, и на самом деле я не думаю так, но, по мере того как накапливаются безответные вопросы и растет гора совпадений, я начинаю недоумевать.

— Перестань. Ты его жена. Если ты не будешь верить в его невиновность, так кто же будет?

— Ты права, я его жена, и это означает, что все валится на мои плечи, — вскричала Лаура. — Мое имя обливают грязью в газетах. Моя дочь не хочет идти в школу. Я не имею ни малейшего представления, как оплатить основные статьи расходов, что происходило всегда само собой. — В ее голосе зазвучала мольба. — О’кей. Дебра сможет обойтись без Нью-Йорка. Мы можем прожить без Сабы. А как же Скотт, который должен вернуться в колледж? Как же дантист и лечащий врач? А страховка и бензин для машины? О Господи… — тыльной стороной руки она утерла капли холодного пота, выступившие на лбу, — расходы сыплются как из рога изобилия. У меня просто земля уходит из-под ног!