– Ты же говорил, что ты мой дядя!
– выпалил парнишка.

Смит печально покачал седой головой.

– Я солгал, чтобы скрыть от тебя тайну твоего происхождения.

– Не верю, - в один голос воскликнули Римо и Уинстон.

– Эйя! У Римо есть сын!
– захлопал в ладоши Чиун.

– Наверно, ты всегда хотел, чтобы у Римо был сын, мастер Чиун?

– Да. Тот, кого можно обучить Синанджу. Подходящий наследник Дома. Но вы только посмотрите на него! Он еще белее Римо. Весь провонял гамбургерами и алкоголем и думает, что он морской лев.

– Я из отряда спецназначения "Котики", - поправил Уинстон Смит.
– Это означает~

– И носит с собой столь нелепую стреляющую палку, что просто удивительно, как он до сих пор не застрелил сам себя, - закончил Чиун.

– Ты меня обидел, - процедил сквозь зубы Уинстон, со злостью глядя на Харолда В. Смита.

– Этот мальчишка мне не сын, - снова заговорил Римо.
– У меня никогда не было сына.

– Все верно, но есть одно маленькое "но"~ У тебя никогда не было сына, о котором бы ты знал.

– Ты мой сын?!
– упавшим голосом спросил Римо.

– Уж лучше мне застрелиться, - буркнул в ответ Уинстон.

– Да, лучше так и сделай, - простонал Чиун, воздев руки к небу.
– Уже слишком поздно. Ты испорчен униформой и пистолетами. Тебе никогда не постичь Синанджу.

– О чем болтает этот старикашка?
– нахмурился Уинстон.

Кореец сделал шаг вперед и схватил дерзкого мальчишку за ухо. Уинстон Смит попытался защититься приемом дзюдо, но только впустую молотил в воздухе руками, пока не обнаружил, что стоит на коленях, а дикая боль сверлит его правое ухо.

– А-а-а-а!

– Как в старое доброе время, - заметил Чиун, обращаясь к Римо.
– Пока я не научил тебя уважению.

– Это безумие!
– побледнев, проронил Римо. И ткнул пальцем в сторону Харолда В. Смита.
– Вы мне не отец.
– Палец описал дугу.
– А эта морская пиявка - мне не сын!

– Не оскорбляй флот, тупоголовый!

– Я - морской пехотинец, швабра!

– Козел!

– С должным уважением говори с отцом, котик хренов!

– О-о-о!

– Погоди, погоди, - вдруг воскликнул Римо.
– Все это чуть какая-то. Должно быть, просто очередная иллюзия Голландца.

– Что именно?
– поинтересовался Чиун, свесив лысую голову набок.

Римо задумался.

– Все. Он. Смит. Может быть, даже ты.

– Как я могу быть иллюзией?
– с любопытством спросил Чиун, не отпуская ухо Уинстона Смита.

– Потому что ты поддерживаешь дурацкие рассказы Смита о том, что он мой отец, - уверенно сказал Римо.

– Это правда, - кивнул Чиун.
– Жаль, что я долгие годы скрывал это от тебя, Римо, но это правда.

– Черт побери!
– вскричал Римо.

– Отрицание - первая стадия признания отцовства, - резюмировал Чиун.

Римо замер, закрыв глаза, и прислушался к биению сердец. Раз, два, три~ Три сердца. Вот бьется сердце Смита. Вот ровное биение сердца Чиуна. А вот сердце мальчишки. У Голландца сердце бьется по-другому. Значит, мальчишка - это не Иеремия Пурселл. Мальчишка настоящий. И у него глаза Фрейи и матери, которую Римо никогда не знал.

– Все ложь. Этого не может быть, - открыв глаза, произнес Римо. Но в голосе его звучало сомнение.

Харолд В. Смит шумно откашлялся.

– Настало время внести ясность, - угрюмо буркнул он.
– Сразу для всех.

Присутствующие с интересом посмотрели на хозяина кабинета.

– Когда Римо впервые прибыл в Фолкрофт для прохождения подготовки, начал Смит, - предполагалось, что срок его службы будет недолгим. Работа была слишком трудной и опасной.

– Какая работа?
– уточнил Уинстон.

– Тихо!
– приструнил его Чиун.

– Римо, - спросил Харолд В. Смит, - ты помнишь медсестру по имени Дебора Дин?

– Нет.

– Неудивительно. В те дни ты переспал со всеми медсестрами.

– Посадите меня в тюрьму.

– Заметив такое поведение и зная, что~ э-э-э~ организации в долгосрочной перспективе понадобятся средства принуждения, я заплатил мисс Дин за то, чтобы она выносила твоего ребенка.

– Неправда! В те дни я пользовался презервативами.

Смит явно чувствовал себя неловко.

– Мы применили искусственное осеменение. В первый же день, как ты появился в Фолкрофте, мы взяли образец спермы. В результате появился Уинстон. Детство он провел в Фолкрофте, юность - в военных училищах, а в последнее время отлично служил в одной из команд отряда спецназначения "Котики".