— Валяй, — согласилась Мак. — Только не возись целую вечность, ладно? Я еще должна все подготовить к нашему общему снимку.

Паркер взглянула на часики.

— Мы идем точно по графику. Тридцать минут до… — Она повернулась. — Ой, Лорел, ты бесподобна!

Эмма захлопала в ладоши.

— Потрясающе! Я сразу поняла, что это платье просто создано для тебя. Твои глаза кажутся еще более голубыми.

— Ну, наверное.

— Еще одна маленькая деталь. — Паркер подбежала к комоду, открыла ящик, где хранилась шкатулка с украшениями. — Вот эта заколка.

Лорел, стройная девушка в мерцающем розовом платье, с белокурыми волосами, уложенными — по настоянию Эммы — в длинные свободные локоны, пожала плечами.

— Как скажешь.

Паркер примерила заколку к волосам Лорел под разными углами.

— Выше голову. Тебя ждет веселье.

Лорел мысленно упрекнула себя.

— Я знаю. Простите. И было бы еще веселее, если бы у нас был общий бал. Тем более что мы, все четверо, выглядим сногсшибательно.

— Да, конечно. — Паркер решила отвести несколько локонов подруги назад и закрепить их заколкой. — Но потом мы вернемся сюда и вместе отпразднуем и расскажем друг другу все-все-все. Ну, смотри.

Паркер развернула Лорел к зеркалу, и девушки внимательно рассмотрели свои отражения.

— Я действительно выгляжу потрясающе, — выдохнула Лорел, рассмешив Паркер.

Раздался Небрежный стук, и дверь тут же распахнулась. Миссис Грейди, давнишняя экономка Браунов, подбоченилась и обвела взглядом комнату.

— Сойдет, как и ожидалось после всей этой суеты. Заканчивайте и идите вниз фотографироваться. Ты, — она ткнула пальцем в сторону Лорел. — С тобой, юная леди, я должна поговорить.

— Господи, девочки, что я натворила? — воскликнула Лорел, как только миссис Грейди покинула комнату. — Я ничего плохого не сделала.

Однако слово миссис Грейди было законом, и Лорел поспешила за ней.

В семейной гостиной миссис Грейди обернулась, сложив руки на груди. Будет читать нотацию, с замиранием сердца подумала Лорел и стала судорожно перебирать прошлое, пытаясь понять, чем заслужила упреки женщины, которая все подростковые годы была ей больше матерью, чем ее собственная мать.

— Итак, — заговорила миссис Грейди, когда Лорел вбежала за ней в гостиную, — полагаю, ты решила, что уже совсем взрослая.

— Я…

— Ну так вот что я тебе скажу: ты еще не взрослая, хотя и осталось ждать совсем немного. Вы вчетвером бегали здесь еще в памперсах, а теперь, когда каждая из вас пойдет своей дорогой, кое-что изменится. Во всяком случае, на какое-то время. Птички нашептали мне, что ты собираешься в Нью-Йорк, в тот причудливый Кулинарный институт.

Сердце Лорел снова замерло и сжалось от болезненного разочарования.

— Нет, я… я остаюсь работать в ресторане и поступлю в…

— Ничего подобного. — Миссис Грейди опять рассекла воздух пальцем. — Однако девушке твоего возраста в Нью-Йорке нельзя терять голову и следует быть осмотрительной. Как я слышала, чтобы чему-то научиться в том институте, придется хорошенько попотеть. Учеба там посложнее затейливой глазури и сахарного печенья.

— Кулинарный институт — самый лучший, но…

— Значит, ты будешь одной из лучших. — Миссис Грейди достала из кармана чек и протянула его Лорел. — Здесь хватит на первый семестр, на обучение и приличное жилье, и на еду, чтобы не помереть с голоду. Хорошенько воспользуйся им, девочка, или ответишь передо мной. Если ты оправдаешь мои надежды, если покажешь, на что ты способна, мы поговорим о следующем семестре, когда придет время.

Лорел ошеломленно таращилась на чек в своей руке.

— Вы не можете… я не могу…

— Я могу, и ты сможешь. Точка.

— Но…

— Разве я только что не сказала «точка»? Если ты меня подведешь, то просто так не отделаешься. Ты расплатишься сполна, уж это я тебе обещаю. Паркер и Эмма будут учиться в университете, а Макензи решила во что бы то ни стало пробиваться в своей фотографии. У тебя другая дорога, и ты по ней пойдешь. Ты ведь этого хочешь, не правда ли?

— Больше всего на свете. — Слезы жалили глаза, обжигали горло. — Миссис Грейди, я не знаю, что сказать. Я верну. Я…