— Неужели? — по слогам произнесла Паркер.

— Ну, может, и не втроем. Лорел не в моем вкусе. Я бы предпочла тебя, горячая штучка. — Мак плотоядно подмигнула Паркер.

— А я думала, что я в твоем вкусе, — сказала Эмма.

— О, я шлюха. Ладно, они так вышагивали на этих эллиптических ублюдках, что просто пар клубился. И использовали физкультурный код для сексуальной пикировки.

— Ничего подобного.

— О, я разгадала ваш код. «Я тебя догоняю. У меня еще полно сил. Я готова к финишному рывку». Я распаляюсь, просто представляя все это.

— Ты действительно шлюха, — сделала вывод Лорел.

— Помолвленная шлюха, не забывай. Но я должна поблагодарить тебя, поскольку излила свое неожиданное сексуальное возбуждение на Картера. После заплыва. Да, он тоже тебя благодарит.

— Всегда рада услужить.

— Все это очень интересно, и я не издеваюсь. Однако… — Паркер постучала по своим часикам. — Мы должны перебазироваться в гостиную.

— Подождите. — Эмма подняла руку, как дорожный полицейский. — Мне еще выгружать цветы из фургона, поэтому всего один вопрос. У вас действительно остались силы на секс после тренировки?

— Прочтешь книгу. Посмотришь рекламно-информационный ролик.

— Какую книгу? Какой ролик?

— Цветы, — напомнила Паркер, удаляясь с кофейным подносом.

— Черт побери. Не отвечай, пока я не вернусь. Вообще-то, Мак, ты должна помочь мне перетащить цветы.

— Но я хотела…

Эмма только ткнула в нее пальцем.

— Ладно, ладно.

Расставляя угощение в гостиной, Паркер напомнила:

— Итак, позже?

— Позже чего? — переспросила Лорел.

— Ты хотела рассказать о том, что случилось вечером, но из-за Дела сказала «позже».

— Да, позже. — Лорел разложила веером салфетки. — Сколько клиентов?

— Невеста, МН, ОН, Жених, Мачеха жениха. Пять.

— Верно. Первая жена ОЖ умерла. Он сам не придет?

— Его нет в городе. Можешь не рассказывать. Хорошо. Конечно, не хорошо. Ты моя подруга, и я не хочу, чтобы тебе было плохо.

— Ты такая въедливая. — Лорел натянуто рассмеялась. — Не то чтобы я не хотела рассказывать. Просто я чувствую себя такой дурой. Особенно сейчас, после жаркого первобытного секса.

— Жаркий первобытный секс? — заинтересовалась Эмма, внося коробку с пышными лилиями. — На чем они тренировались? Как долго? Поподробнее. Паркер, делай заметки.

— Пять миль на эллиптическом тренажере.

— О боже. — Завистливо вздыхая, Эмма начала вынимать и расставлять вазы. — Забудьте. Я бы умерла после пяти миль чего угодно, и Джеку пришлось бы заниматься жарким первобытным сексом с другой женщиной. Я бы жутко разозлилась. Есть более легкие дороги к ЖПС.

— Мне кажется, — вклинилась Паркер, — или мы действительно одержимы сексом не в самый подходящий момент?

— Лорел виновата. — Мак помогла Эмме расставлять цветы. — Ты бы не сомневалась, если бы была в спортзале, когда там плясали все эти сексуальные вибрации.

— Мы говорили не о сексе, — возразила Лорел.

— А когда мы перестали говорить о сексе? — удивилась Эмма.

Перед твоим приходом. Мы говорили о другом.

— Ну и хорошо, поскольку я не собираюсь надрываться пять миль на идиотском тренажере. О чем другом?

— Об ужине прошлым вечером. Или о том, что было до ужина. Я опоздала. Из-за тебя, Мак.

— Так случилось. Студийная съемка затянулась, а потом я не могла найти туфли. Определенные туфли. И ты почти не опоздала, всего минут на десять-пятнадцать.

— Достаточно для Деборы Мэннинг, чтобы усесться с Делом за наш столик и ухватить бокал нашего вина.

— Я думала, что Дебора Мэннинг в Испании.

— Значит, ты все-таки не всезнайка. — Лорел свысока улыбнулась Паркер. — Она явно не в Испании, если пила вино с Делом.

— Он не интересуется Деборой.

— Раньше интересовался.

— Сто лет назад, и они встречались всего несколько раз.

— Я знаю. — Лорел подняла руки, не давая Паркер возразить. — Я знаю и поэтому чувствую себя глупой. Я не ревновала — я не ревную — к ней. Если бы ревновала, то была бы еще глупее, потому что он явно не был заинтересован ею в сексуальном смысле. И вряд ли она тоже хотела бы его захомутать.

— Тогда в чем проблема? — удивилась Эмма.