К тому же Джонни Чанг — красивый мужчина. Красивый до боли… Касси зажмурилась, пытаясь совладать с собой. Открыла она глаза оттого, что малыш Марк беспокойно дергал ее за руку. Чанг уже закончил упражнения.

Толпа взорвалась восторженными криками и одобрительными завываниями. Джонни Чанг, улыбаясь, словно смущенный непривычным вниманием к его персоне, соскочил на землю. Жестом остановив телохранителей в штатском, заметно нервничающих по поводу обилия народа, он принял из рук тренера полотенце и принялся вытирать сверкающее от пота тело.

— Огромное спасибо, — бросил Джонни зрителям. — Всегда так приятно, когда тобой восхищаются.

— Вы были просто бесподобны, — выдохнула «Грусть». Переполненная восторгом, она, забывшись, произнесла эти слова по-испански и, только увидев удивленный взгляд Джонни, повторила их на таком языке, чтобы смог понять даже выходец с Дэвиона.

Чанг небрежно пожал плечами:

— Просто я уже давно этим занимаюсь.

— Очень мило, — услышала Касси чей-то голос, — но это всего лишь безобидные кривляния.

Наступила мертвая тишина. Внезапно Касси почувствовала себя в центре целого моря обращенных на нее изумленных лиц. Только сейчас до нее запоздало дошло, что голос принадлежал ей самой

Молодая женщина была не из тех, кто отступает назад.

— Знаю, ваше искусство не простое, и вы великолепно им владеете. Но все же оно имеет мало общего с настоящим боем.

Толпа вокруг нее недовольно заворчала. Большинство nortenos и некоторая часть ковбоев готовы были до хрипоты доказывать, что лучшим актером боевиков является Тино Эспиноса, но остальные, в особенности индейцы, помешанные на кунг-фу, превозносили Джонни Чанга. Однако даже почитатели Тино признавали за Чангом второе место в пантеоне богов обитаемого космоса. Касси поняла, что перегнула палку.

Кой черт дернул ее за язык?

Касси не была рьяным почитателем голофильмов, но по тому, что было ей известно о кинозвездах, она ожидала, что оскорбленный Джонни ракетой взмоет в воздух, меча во все стороны искры. В действительности же актер просто пожал плечами, продолжая вытираться.

— Вы совершенно правы, — подтвердил он. — В основном это искусство, но все же оно имеет некоторое практическое приложение. Кроме того, я изучал и технику других школ — «Белый лебедь», вин-чу, кикбоксинг. Мигаки-сан также предусмотрительно обеспечил меня замечательными рю-инструкторами, как только я прибыл в Синдикат.

Слово «рю» являлось сокращением от «рюбуджицу», школы рукопашного боя воинов Дракона. Первые слоги хотя и звучали одинаково, писались разными иероглифами. Подобные каламбуры были широко распространены в Синдикате.

Касси не поняла, в чем дело. Ей захотелось вернуть язвительное замечание назад, принести извинения. Но тут «Тщеславие», раскачивавшаяся из стороны в сторону среди скопления детей и взрослых, словно плохая актриса, изображающая стриптизершу во второсортном голофильме, ехидно спросила:

— Касси, значит, ты считаешь, что без труда справишься с ним, да?

Касси метнула в нее взглядом целое скопище нейротоксинов:

— Я вовсе не говорила, что…

— Нет-нет, именно это ты и сказала, — ласково проворковала «Тщеславие». — Еще на «Уесибе», когда мы смотрели «Конец Дракона». Помнишь?

Ничего подобного Касси не помнила. Она не говорила и не могла сказать такое. Да, она так подумала, но вслух свои мысли не выразила.

— Да-да, она права, — вмешалась «Грусть» Сааведра. — Ты сказала, что он вовсе не крутой.

Остальные «кабальерос» шумно загалдели, поддерживая ее, черт бы их побрал. Быть может, они и правда не помнили, как все было, а может, хотели расквитаться с Касси за ее отступничество. Впрочем, возможно, все объяснялось врожденной страстью уроженцев Юго-Запада поглазеть на хорошую драку

— По-моему, сейчас как раз самое время показать, кто из вас чего стоит, — с ядовитой любезностью предложила «Тщеславие». — Конечно, если ты боишься…

Ее слова наглядно показали, как плохо «Тщеславие» разбирается в людях. Касси было наплевать на то, что думают о ней другие, даже ее однополчане. Из того, что она безотчетно любила свою la familia, вовсе не следовало, что ей нравятся многие ее члены.

Но тут в разговор вмешался Джонни Чанг.

— Поединок будет слишком неравным… — сказал он. Внутри Касси словно перегорел какой-то предохранитель. Она повернулась к кинозвезде.

— Возможно, вы так считаете, — холодно произнесла молодая женщина, не давая Джонни закончить то, что он собирался сказать. — Но я готова попробовать. Разумеется, в том случае, если вы не боитесь потерпеть поражение от какой-то женщины.

Актер заморгал, смущенный ее горящим гневом взглядом. Словно по мановению волшебной палочки, на сцене материализовался из ниоткуда Миша Куросава. Он встал между спорщиками, будто учитель, разнимающий двух подравшихся школьников.