– Хорошо, я ознакомлюсь. Полагаю, вы в курсе, зачем вы здесь?

– Разумеется. Сообщение госпожи Затравской? Которая, между прочим, едва не уничтожила мой ценный материал. Отловить волкодлака и наладить с ним контакт не так просто.

– И как, вам удалось?
– усмехнулся председатель.

Освещение стало обычным - значит, отпала необходимость.

Рош вернулся в отведённый ему прямоугольник. На провокационный вопрос ответил односложно, положительно. Скрестив руки на груди, плотно сжав губы и не сводя взгляда с собравшихся, колдун ожидал последующих.

– Перед тем, как преступить к рассмотрению вопроса, мы хотели бы проверить один факт. В ваших отношениях с объектом присутствует личная заинтересованность?

– Нет. Сознательная нет.

– А несознательная? Как вы понимаете, речь о ребёнке.

– Зачатом посредством… принуждения и унижений.

– Каких именно? Угроз, обмана? Она притворялась обыкновенной женщиной?

– Нет, - Рошу было тяжело произнести это слово, но он его произнёс, - изнасилования. Я был лишён возможности сопротивляться и чаровать.

– Сочувствую. Это многое объясняет и опровергает предположения госпожи Затравской. Приятно слышать, что вы не опорочили имени мага.

Колдун кивнул и уставился на носки своих сапог. С одной стороны, пришлось добровольно придать огласке то, о чём хотелось бы забыть, с другой, иначе пришлось бы ещё хуже. Но нечего и надеяться, что к вечеру вся Властена не станет сочувственно хлопать его по плечу и посмеиваться.

Или члены Конклава проявят тактичность? Хотя бы не стали выяснять детали.

– Прошу вас, - председатель поманил Роша к столу, - пока мы занята ознакомлением с вашими заметками, опишите, как, когда и где…

– Да катитесь вы к мракобесам!
– взорвался колдун.
– Чтобы вас самих умертвие поимело! Может, ещё в каких позах вспомнить? А нарисовать не требуется? Так вот - гхыр вам! Припишите связь с нечистью - приписывайте. И пошли вы все троллям в зад!

Плюнув на пол, он развернулся, стремительно пересёк зал и даже не ногой, а потоком воздуха чуть не вышиб тяжёлые створки.

Рош был зол, безумно зол. Настолько, что и не подумал оборачиваться, когда его окликнули. Вместо этого сложил пальцы в нехитром жесте, демонстрируя своё отношение к ворошению чужого нижнего белья. Но уйти ему не позволили: колдун упёрся в невидимую стену.

– Подождите, господин Белковец. Остыньте. Ну да, нагхыра нам знать, как вас… А работа у вас занятная, заслуживает внимания. Если успешно защититесь. Так что кончайте изображать дракона и возвращайтесь к нам. Обсуждать ваше…кхм приключение не будем.

Рош резко развернулся, смерил заседавших за столом оценивающим взглядом и хмыкнул.

– Предпочитаю подождать за дверью, пока вы читаете бумажки. Всё давно решено, и моё присутствие - всего лишь формальность. Да, признаю, я должен был поставить вас в известность, но банально не успел: не до этого было. В заявленные сроки я собирался доложить о подопечной, то есть через две недели, вместе с первым отчётом. Она полностью мне подконтрольна, вреда жителям причинить не может…

– Сядьте и помолчите, - слегка повысил голос председатель.
– Там, у окна, слева, есть стул. Гмар да-втарх, ну и маги пошли, - пожаловался он коллегам, - все вспыльчивые и обидчивые, будто девчонки. Дождётся ведь, что действительно взыскание наложим.

Колдун покорно проследовал к указанному месту и сел, наблюдая за тем, как архимаги, шушукаясь, с интересом рассматривают его записи. Затем его вновь подозвали к столу и вынесли вердикт: предупреждение за не введение в курс дела Конклава.

– Заяви вы, как положено, тему исследования, ничего бы не случилось. А вы проявили беспечность. И ещё один выговор с записью за ненадлежащее содержание оборотня. Есть правила, и вы обязаны их соблюдать.

Рош возразил, что не подвергает горожан опасности, напомнив о контуре, и категорично заявил, что Ирис нельзя сажать в клетку: 'Она сделает её агрессивной и бесполезной'. Но, дабы даже самые мнительные караторцы могли спать спокойно, он увозит оборотницу из города.

Члены Конклава с одобрением отнеслись к предложению колдуна, ему даже показалось, что они обрадовались. Но поставили условие: строгий ошейник и холодный поводок. Рош согласился и обязался представить через полгода подробный трактат по выбранной теме.

На мельком брошенное замечание о том, что по окончании срока беременности оборотница с ребёнком подлежат передаче в Конклав, колдун лишь пожал плечами.

– И в заключение, господин Белковец, страшна не ошибка, а её сокрытие. Мы с пониманием относимся к проблемам наших коллег.