Мартен Затравский встретился им у ворот. Хмуро уставился на Ирис.

Рош среагировал мгновенно, положил ладонь на её загривок - мало ли, как она на мага среагирует. Но оборотница просто его проигнорировала, принюхиваясь к новым запахам.

– Подольше задержись, - посоветовал Мартен.
– Для твоего же блага. Лучше на год или два.

Колдун пожал плечами и тронул поводья.

Что ж, городской маг сам пожаловал - как он и думал. Оставалось надеяться, что не потащиться следить

Ирис пришлось потерпеть: Рош остановился версты через четыре, когда уверился, что никто из Каратора не увязался за ними. Спешился, снял ошейник, отвязал мешок с вещами и отнёс его в ближайшие кусты. Оборотница без вопросов последовала за ним и, как показалось колдуну, с удовольствием вернула себе человеческий облик.

В седло забраться сама не смогла, пришлось подсадить. Сразу вырвала поводья и ударила лошадь по бокам. Не ожидавший этого Рош среагировал с опозданием, но вернул.

– Чего чудишь? Рядом со мной безопаснее.

Ирис хмыкнула:

– О волкодлаке и магах забыл? Думаешь, просто так в город сунулась? Нору искать нужно и подальше отсюда. А таскаться за тобой я не стану: родить в срок хочу. Но тебе-то всё равно, ты ж не понимаешь. Свою жену тоже бы на таком сроке по ухабам таскал?

– Избалованная и привередливая ты для волкодлака, неженка! Ничего с тобой не случится, да и тепло ещё, не заболеешь. Ты теперь дорогая штучка, нужна мне живой и здоровой.

В дальнейшем он не раз пожалел о своих опрометчивых словах: почувствовав свою необходимость, оборотница обнахалилась, начала вести себя, как избалованная женщина. Рошу пришлось напомнить, кем она является. Ирис в ответ фыркнула:

– Тебе же надо, ты вокруг меня и прыгай.

– А к тому самцу волкодлака в гости не хочешь? Соглашению это не противоречит.

Притихла, насупилась и зло покосилась на связанные руки:

– Развяжи, колдун. Лучше развяжи. А то лошади нас пугаются: вишь, как эта ушами водит. Вот и понесут ненароком. Обе. Я-то ничего, а вот ты… Так и быть, обещаю добить, чтоб не мучился. Вдруг ты невезучий и не шею, а позвоночник сломаешь.

– Ирис, не провоцируй! Развязывать тебя я не стану, наоборот, проверю, не разорвала ли верёвки.

Оборотница тут же показала, как легко она может избавиться от пут. Покачав обрывком верёвки, прошипела:

– Не смей меня связывать - не собака! Ещё раз так сделаешь - пожалеешь.

Монотонно мелькали по сторонам дороги кусты, проносились в едином танце деревья. Изредка попадались деревушки, которые Рош предпочитал объезжать стороной. Но обедать всё равно было где-то нужно, поэтому рано или поздно, он должен был переступить порог корчмы.

Ирис его опасений не разделяла и по виду ничем не отличалась от селянок. Даже умудрилась построить глазки какому-то бородачу у стойки, получив взамен предложение выпить по стаканчику.

– Да я бы с радостью, только брюхо мешает, - оборотница погладила живот.
– И муж. Он у меня нервный: мракобесы в детстве покусали. Так что плесни ему, а мне… - она задумалась, незаметно втягивая в себя запахи.
– Наливка некрепкая есть? Ладно, бес с ней, давай что без хмеля.

– Рошер, - Ирис обернулась к хранившему молчание колдуну, - ты пока закажи всего побольше, а мы пока с красавчиком потолкуем. Только всё не ешь, мне оставь.

Наблюдая со стороны, как оборотница беседует с бородачом, потягивая квас, Рош понял, почему в своё время не признал в ней нечисть. Маскироваться Ирис умела, все женские повадки освоила. Наверное, была хорошей подавальщицей.

– Эй, тебе чего нужно?
– оборотница щелчком пальцев привлекла к себе внимание.
– Давай, не тяни кота за хвост, ради чего мы из тёплого гнёздышка вылезли?

С колдуном бородач разговаривал не так приветливо, буркнул, что ничего не знает, но что-то слышал, и заказал ещё бражки. Рош покосился на жадно уплетавшую еду Ирис - уже вторую порцию: видимо, придётся просить её и о другой помощи. Кто бы мог подумать, что оборотница лучше ладит с людьми, нежели он. Ну да, для них она женщина, а он колдун. Народ подсознательно колдунов недолюбливает.

Остаток дня и ночь прошла спокойно. Ирис, как беременной, отвели лучшее место в доме, а Рошу пришлось устраиваться возле животных. Зимой, к слову, в коровнике не так уж плохо - парко, а летом лучше на сеновале.

С утра колдун застал оборотницу там, где и оставил. Сладко потягиваясь, она облизывалась, почуяв запах съестного. На Роша не обратила никакого внимания, будто он пустое место, и пошла умываться. Долго фыркала, плескалась, а потом всё так же, в одной рубахе и распущенными волосами прошла к столу, в один присест уничтожив практически весь завтрак.