– И тебе совсем неинтересно, кто? Тоже мне, папаша!

Колдун вздрогнул. Только этого не хватало! Ещё бы по всему королевству разнесла… Хотя шила в мешке не утаишь. Придётся забыть о легенде с заботливым кузеном и надеяться, что местные не заподозрили в Ирис нечисть.

– Девочка, - с готовностью сообщила травница и протянула Рошу спеленатое кричащее нечто.

Но колдун брать это на руки не собирался, зато с любопытством рассмотрел сморщенное личико, выискивая признаки волкодлачьей породы. Даже в раскрытый ротик заглянул - нет ли зубов?

– Что, брезгуешь, папаша?
– знахарка осуждающе покачала головой.
– Твоё дитё-то.

– Не моё. А сестра у меня шутница.

Колдун сунул знахарке монетку, велев позаботиться об Ирис, и, подхватив свои записи, вышел во двор. Нужно было хлебнуть воздуха и разобраться, что делать дальше. Оборотница пока опасности не представляет, её можно без присмотра оставить. А потом опоить снотворным и связаться с Конклавом. Только вот за кристаллом связи придётся тащиться в соседнее селение: Гниоушки таким не располагали.

Удобно устроившись на завалинке, Рош начал компоновать листы, раскладывая заметки по тематике. Закончив, взялся за чистые, нетронутые, обмакнул перо в чернильницу (позаимствовал у старосты) и вывел на первом заголовок: 'Описание повадок, уклада жизни и строения волкодлака на примере самки…'. Тут задумался: сколько же Ирис лет? Нужно выяснить и дописать. А так же внести, какой по счёту ребёнок.

Работа двигалась споро: материала набралось немало. Рош разделил свой труд на три основных раздела: 'Общие сведения по предмету', 'Жизненный цикл', 'Повадки и особенности поведения'.

Заветный листок маячил перед глазами. Колдуну не терпелось вернуться в Каратор, дополнить практическую часть теорией из научных трудов других авторов. Если повезёт, то защитится осенью. Правда, в связи с этим вставал вопрос: что делать с Ирис и ребёнком? Рош хотел оставить его себе и попытаться осуществить свои планы по одомашниванию волкодлаков. Только вот оборотница так просто его не отдаст, да и Конклав заинтересуется… Придётся попотеть. И не проговориться, что девочка его.

Когда стало темнеть, Рош вернулся в избу, аккуратно сложил исписанные листы в сумку и прошёл на кухню, надеясь перекусить чего-нибудь и приготовить питьё для Ирис. Но оборотница, расслышав его шаги, негромко позвала.

Они были в доме одни: травница ушла, а хозяйка хлопотала во дворе, и Ирис решила вызвать колдуна на откровенность:

– Надеюсь, понимаешь, что я оклемаюсь и уйду. Но ты темнишь, у тебя с магами другие планы, и я хочу знать какие. И дельце одно у меня к тебе есть, помощь нужна… На бескорыстность не надеюсь, а вот за денежки - вполне. Так что, колдун?

Она лежала на печи, прижимая к себе сопящую девочку, и требовала немедленного ответа. А Рош не знал, что ей ответить. Не скажешь же: никуда ты не уйдёшь, никто тебя не отпустит? Сбежит ведь. Поэтому пришлось юлить. В конце концов, решения по данному вопросу пока не вынесди, с Конклавом он только завтра свяжется.

– Ты ненадолго останешься у меня. Во всяком случае, на пару месяцев. Хотя и зиму я советовал бы провести в Караторе. Ребёнку нужен уход, да и холод не пойдёт ему на пользу.

– Наши дети привычны к холодам.

– Обрастают шерстью?
– с воодушевлением исследователя уцепился за фразу Ирис колдун.

Оборотница устало рассмеялась и прикрыла глаза. Только сейчас Рош заметил, что она выглядит измождённой. Ну, оно и неудивительно…

– Просто выносливее. Только без расспросов, а? Лучше ты рассказывай. Вижу, тебе есть чего…

Она не договорила и заснула. Колдун только обрадовался: Ирис не так наивна, может почувствовать фальшь.

Поужинав, Рош тоже лёг спать, вот только выспаться ему не дал ребёнок. Проснувшись среди ночи, он перебудил весь дом. Злобно обозвав девочку зверёнышем и мысленно пожелав ей задохнуться от плача, колдун вынужден был ретироваться на улицу, чтобы хоть немного поспать в компании скотины. Наутро в скверном положении духа он поехал в Зеленцы, докладывать Конклаву о прибавлении в роду волкодлаков.

Куратор Палаты живоборцев, с которым связался Рош, проявил к сообщению неподдельный интерес, потребовал произвести замеры младенца, детально описать внешний вид, повадки и питание.

– Да младенец младенцем. Он же от человека, - буркнул колдун, зевая в кулак.
– Орёт, сосёт грудь. Хвоста и зубов нет. Только глаза с зеленцой. Кости пересчитать пока не имел возможности: она никому не даёт его. Полагаю, отличия должны быть в них.

– Ребёнок от человека?
– Рош готов был поклясться, что куратор улыбается. Он был зол на себя: не уследил за языком.
– Откуда это известно? Или вы чего-то не договариваете?