– За что? – едва слышно прошептала Гвиневера, задыхаясь от накативших слёз. – Мордред никогда не нравился мне, потому что у него злое сердце. Но он преданно служил моему отцу. Что могло толкнуть его на чёрное дело?

– Страсть к тебе, госпожа. Вожделение сделало его безумцем.

– При чём тут мой отец?

– Вледиг Лодегран обещал однажды Мордреду, что ты станешь его женой. Но ты отдана Артуру, и Мордред потерял рассудок. Он решил отомстить за обман.

– Какой ужас! И он не боится кары Господней?

– Я поведал тебе об этом для того, чтобы ты держалась подальше от вожака Волчьей Стаи. Не слушай его, если он начнёт упрекать тебя в чёрствости и корить за то, что ты не побывала до сих пор на могиле отца.

– Почему никто не расскажет Артуру, что Мордред – подлый убийца?

– А кто может доказать? Такое обвинение может дорого стоить. И какое право у Артура судить человека за то, что тот сотворил на чужой земле? В братстве Круглого Стола есть свой устав.

– Но… Ведь ты говоришь, что все здесь верят Мерддину.

– Одно не исключает другого. Ему верят, но Круглый Стол не принимает бездоказательных обвинений.

– Господи, ужели Волчий Вожак не заплатит за свои кровавые деяния? Что творится на свете!

– Доверься воле Божьей, госпожа. – Монах быстро перекрестился костлявой рукой. – И ещё одно… – Он замолчал в неуверенности.

– Что ещё? – испугалась Гвиневера.

– Не знаю, как сказать тебе это…

– О чём ты?

– О молодом воине, госпожа…

– Не понимаю тебя, святой отец. – Девушка жадно ощупывала глазами лицо монаха.

– Я говорю о Маэле. Прости мою дерзость, госпожа, но мне кажется, что ты слишком много думаешь об этом юноше. Вынь из сердца эту занозу.

– Нет никакой занозы!

– Ты молода и не всегда умеешь совладать со своими чувствами…

Гвиневера поспешила опустить глаза и сильно сжала кулаки.

– Неужели на моём лице что-то написано?

– Многое, госпожа… И это может легко сломать твою жизнь…

– Господи, прибежище души моей! – истово забормотала девушка. – Исполни меня твоей милости, укрепи сердце моё, надели мудростью! Дела рук моих исправь и прости за грехи!

Монах поднялся, перекрестил Гвиневеру и добавил уже из двери:

– Не печалься, госпожа. На всё воля Вседержителя. Будь спокойна и помни, что ты жена Артура и должна принести ему потомство. «Плодитесь и размножайтесь»… Так сказано не нами, но нам…

Он затворил дверь, прежде чем девушка успела ответить ему что-либо…

А через час в её комнату вошёл Артур.

Он был одет только в просторную шерстяную тунику, достигавшую колен. Длинные косы у висков были расплетены. В тусклом свете масляной лампадки он выглядел великаном с косматой львиной гривой.

– Гвиневера…

– Да, господин мой, – ответила она дрогнувшим голосом и забралась подальше на кровать.

– Я терпеливо ждал целый месяц, надеялся, что твои женские причуды пройдут. Но ты по-прежнему сторонишься меня. Ты выходишь со мной на люди, как подобает супруге, но в спальне отвергаешь меня…

Артур склонился над женой, затаившейся в меховых одеялах. Она напоминала ему загнанного зверька.

– Долго ли ты будешь чураться меня? – спросил он угрюмо. От него пахло элем. – Мы с тобой вступили в законный брак.

– Мы не состоим в законном браке, господин мой, – решительно возразила Гвиневера.

– Тебя все называют моей женой!

– Это ничего не значит!

– Как так?

– Я просто подчинилась воле отца. Я просто отдана тебе и покоряюсь воле Всевышнего.

– Почему ты говоришь так? Вледиг Лодегран дал свадебный пир в нашу честь! И здесь народ гулял вволю и пел песни в нашу честь.

– Этого мало, – испуганно откликнулась девушка. – Ты можешь считать меня своей женой, но я-то не могу назвать тебя моим законным супругом.

– Чего же тебе надо?

– Венчания в церкви.

– По христианскому обряду?

– Да.

– Ты требуешь от меня слишком многого! – Артур отрицательно покачал головой. – Эта земля принадлежит Матери Богов! Здесь правит Дух Земли! Почему ты считаешь, что христианские обряды важнее тех, к которым здесь прибегали испокон веков? И почему я должен отдать себя во власть твоего Христа, пришлого и непонятного? Почему должен довериться ему?