Тоня махала нам руками. Я махнула в ответ, чинно взяла Женю под локоть, и мы направились к подъезду. Тоня уже распахнула дверь и стояла в проеме в воинственной позе.

— Нет, как это называется! — с порога начала она. — Я тут уже и чай заварила, и вино в морозилку засунула…

— Зачем? — перебила я ее и рассмеялась.

— Так белое сухое, — уже тише пояснила она. — Теплым его и не выпьешь. Такое кислое, что зубы сводит.

— А что, без вина не обойтись? — хмуро спросил Женя и помог мне снять куртку.

— Так за встречу! — ответила она. — А ты чего приперся?

— Я Женьку во дворе встретила, — с улыбкой проговорила я. — Он вообще-то тоже мой друг. Так что с вами обоими просто жажду пообщаться.

— Ага, видела, как вы стояли, — хмыкнула Тоня. — Жду тебя, жду… все не идешь. Выглянула в окно, а они там застыли, как два снеговика! Пошли в комнату! Чего в коридоре-то!

Мы переглянулись. Женя выглядел хмурым. Но я ободряюще ему улыбнулась и взяла за руку, крепко сжав пальцы. Он вздрогнул и внимательно посмотрел мне в глаза. Желание снова ожгло меня. Жар его руки словно передавался мне и растекался от пальцев и выше. Мы вошли в гостиную и уселись на диван. Тоня остановилась напротив нас.

— Может, на кухню переместимся? — спросила она. — Я на стол накрыла.

— Да я только из-за стола! — со смехом ответила я. — С родителями ужинала.

— Ну я так… влегкую, — улыбнулась Тоня. — Конфеты, фруктики, ну и винца сейчас выпьем. А?

— Давай! — неожиданно поддержал ее Женя.

Он встал и потянул меня за руку. Я нехотя последовала за ними. Мы уселись за стол, и то, что Женя не устроился рядом со мной, а отодвинул стул на противоположную сторону, меня огорчило. Тоня уже достала бокалы, Женя открыл вино и разлил.

— За встречу! — сказал он и коснулся бокалом наших.

Я выпила до дна, удивляясь про себя, зачем это делаю. Но грусть не проходила, хотелось ощутить хотя бы легкое опьянение и забыться на время. Сидя на знакомой мне с детства кухне среди моих школьных друзей, я вновь почувствовала себя обычной девчонкой и постаралась задержать это ощущение. И мне удалось. Мы стали болтать обо всем, как в старые добрые времена. Тоня по своему обыкновению тараторила без умолку и за несколько минут ухитрилась рассказать мне обо всех событиях ее жизни за время моего отсутствия. Главное: у нее наконец появился парень, и на этот раз все было серьезно. Тоня с детства безответно влюблена в моего старшего брата Антона, и даже то, что он женился, не охладило ее пыл. Помню, как я выговаривала ей, что пора взрослеть и избавляться от бесперспективного чувства, и как она упорно за него цеплялась. И вот у Тони появился парень! Она взахлеб рассказывала нам, как счастлива с ним, какой он милый и внимательный. Но мне все казалось таким стандартным и предсказуемым, что я снова выпала из ее реальности и слушала вполуха, думая о своем.

Раздался довольно пошлый, на мой взгляд, рингтон: «Это мой любименький звонит…» Тоня вскрикнула и вскочила. Она вылетела из кухни, а мы невольно рассмеялись.

— Можно сказать, у Тоньки это первая любовь, — заметил Женя. — Она так долго была помешана на твоем брате, что совсем не общалась с другими парнями. И вот случилось!

— Я очень рада! — ответила я. — Давно пора! А у тебя как с личной жизнью? — задала я вопрос и тут же подумала, что ничего более идиотского спросить не могла.

Женя вскинул на меня глаза. Меня вновь обдало жаром.

— Лиля, ты же все знаешь! — глухо проговорил он.

— Я думала, ты уже избавился от своего чувства ко мне, — сказала я. — Хочу тебе признаться… Я теперь рысь!

Он вздрогнул, его лицо побледнело, брови нахмурились. Я видела, что новость причинила ему сильную боль, но я должна была сказать.

— Значит, назад пути нет! — после паузы тихо поговорил он.

— И это не моя вина, — ответила я. — Так получилось, такова моя судьба.

— И у тебя все хорошо с Владом? — тихо спросил он, опуская глаза.

— Да, все хорошо, — подтвердила я. — Поэтому тебе лучше забыть…

— Лиля! — нервно воскликнул он и встал.

Я сжалась. На его лице ясно читалось презрительное удивление.

— Прекрати говорить избитые фразы! — продолжил Женя и потер лоб, словно у него заболела голова. — Прекрати решать за меня, что лучше, а что хуже. Это моя жизнь, понимаешь? И я люблю того, кого хочу и как хочу!

Он отошел к окну и повернулся ко мне спиной. Я вскочила и приблизилась. Боль, нежность, жалость, грусть смешались и вызвали бурю в душе. Я обняла Женю за талию и прижалась лбом к его шее. Его волосы пахли так приятно, что я глубоко вдохнула их аромат и закрыла глаза. Он замер, затем его руки коснулись моих, наши пальцы сплелись. Мне хотелось стоять вот так вечно и ощущать его присутствие.

— Вы чего это тут обнимаетесь? — раздался сзади нас удивленный голос Тони. — Лишнего, что ли, выпили?

Мы отпрянули друг от друга и вернулись за стол. После разговора с «любименьким» Тоня раскраснелась, ее глаза блестели, но на нас она смотрела с явным возмущением.

— Лилька, ты ведь вроде замуж вышла! — укоризненно произнесла она и достала из холодильника вторую бутылку вина.

От неожиданности мы рассмеялись. И это ослабило напряжение.

— Чисто дружеское объятие, — весело сказал Женя. — А ты уже бог знает что подумала!