— П-п-попробуй. Схлопочешь выговор! — Борискин тоже играл не лучше, но делать все равно нечего. — Директор еще на заводе. Сам видел.

Стародуб рассматривал шахматное поле.

— Ходи. Так и уснуть можно, — сказал Борискин.

— Да ну! — Иван Кузьмич сгреб фигуры и перевернул доску.

Борискин равнодушно принялся помогать укладывать фигуры. Он давно уже подумывал, как бы уйти домой, но на приемной документации была необходима его подпись. Подписать, конечно, можно бы и утром, задним числом, и Борискин так бы и поступил, не будь сейчас на заводе директора. Вообще-то начальнику ОТК нет дела до ритмичной работы цеха. Но без него не зачтут продукцию. Вот Борискин и торчит в цехе, ждет, когда начальник снабжения Сойкин привезет транзисторы. А Сойкин весь день слоняется по заводу «Электродеталь» и ждет, когда изготовят триста транзисторов. Он их горяченькими и доставит. Всего лишь триста транзисторов, величиной с ноготь. Они давным-давно затребованы, но по каким-то причинам не поставлены заводу в срок.

— И те, с «Электродетали», тоже «вечеряют», — Иван Кузьмич вздохнул.

— А как же, — согласился Борискин.

— Как ты думаешь, Грекова стукнут по мозгам или нет? — завел Стародуб привычный за последние дни разговор.

— Ч-ч-черт его знает. А жаль. Он бы навел порядочек, раз задумал.

— Не дадут. Слишком много надо ломать, — сказал Стародуб.

Они еще долго и обстоятельно разговаривали о разных делах. Забот у каждого было предостаточно.

Стародуб толкнул Борискина в бок и прошептал:

— Сам явился.

— А ну его, — тихо ответил Борискин. — Мечется, сам не знает, что ему н-н-надо.

Директор вошел в цех. Вид у него был утомленный. Смердов давно не бывал в цехе ночью. Обычно в конце месяца планом занимался Греков. Но сейчас он в командировке, вот и пришлось…

Завидев высокую фигуру директора, рабочие подняли головы от газет, стук домино прекратился. Послышались голоса:

— Рафаэль Поликарпович, долго нам еще цех сторожить?

— Надоело. Люди десятый сон видят, а нам завтра с утра заступать.

— Отпускайте по домам. Флажки нам не нужны.

Смердов, глядя прямо перед собой, прошел через весь цех. Казалось, что раздраженные голоса до него не долетают.

— Не звонил Сойкин? — спросил он, останавливаясь рядом со Стародубом.

— Никак нет, — ответил начальник цеха.

— Соединитесь с Сойкиным и доложите мне.

Смердов сел на высокий треножник и прикрыл глаза.

Иван Кузьмич отправился выполнять приказ.

На лестнице он столкнулся с Кириллом.

— Шляешься? А бригада твоя работает! — Иван Кузьмич оглядел Кирилла и хмыкнул. Что-то необычное было во внешности парня. — А ну, дыхни!

Кирилл добросовестно выполнил просьбу.

— Теперь всегда будете интересоваться моим дыханием? Спасибо, родной…

— Ступай, ступай. И без тебя дел хватает. «Родной»!

Кирилл направился к своему участку.

— А… Алехин? Под занавес явился, — сказал Синьков, однако в тоне бригадира Кирилл не улавливал раздражения. Значит, все у них в порядке.

— Извини. Так получилось.

— Ладно. Возвращайся домой. Управились без тебя. Дядя Саша помог.

Кирпотин стоял, согнувшись над прибором, словно уговаривая стрелку вести себя нормально.

— Кирюша, явился? — Кирпотин улыбнулся. — Загулял ты, брат, загулял…

— Так уж получилось, — повторил Кирилл. — Дела всякие.

— Ладно. Раз дела. Принеси-ка мне газводы, — и Кирпотин подмигнул бригадиру. — Пусть тоже поработает на программу.

Кирилл достал банку и направился к автомату с водой. В полутемном коридоре несколько парней столпились вокруг специального ящика для окурков. И среди них, к великому удивлению, Кирилл заметил Лисицына.

— Вот тебе раз. Ты, что ли? — Кирилл оглядел новый костюм приятеля.

— Ну.

— Так ведь у тебя… вечеринка.

— Сорвалось, — пояснил Вторник. Он тоже был в чистом костюме и галстуке. — Половина гостей на заводе «вечеряет». Отложили. Думали, вот-вот получим транзисторы и закруглимся к семи. Все было б в порядке… Скоро двенадцать. А все стоим, ждем. И Кузьмич хаёжник поднял — личное ставите выше общественного.

— Гад, — проговорил Лисицын, добавляя еще кое-что к характеристике начальника цеха.

— Именно, — подхватил Вторник. — Еще Лису паяцем назвал. Говорит — вырядился, как паяц.

— Гад, — повторил Лисицын, чуть в другом ключе.

— Ну… а невеста?

— Невеста? У себя на участке, — все пояснил Вторник. — У них тоже аврал…

— Так на так, как говорится, — мрачно прокомментировал Лиса.

— Устраивает такое в конце месяца. Соображать надо, — произнес кто-то из ребят. — В начале надо.

— Брат у него из армии приехал на три дня. Вот и приурочили, — терпеливо объяснял Вторник. — Вот он, брат его, — и Вторник показал на парня в солдатской гимнастерке, но без погон. Парень был поразительно похож на Лисицына. Такой же тощий, с маленьким обиженным лицом.