— Как я выгляжу? — прокричала она.

Вместо ответа поднялся хор стонов, который не поведал ей абсолютно ничего.

Ради всего святого, она нигде не могла найти свидетеля? Хоть где-нибудь?

В последний раз перепроверив себя, она предоставила доступ Джиму, призывая его сюда. И в ожидании ее сердце в три раза ускорило ход, внезапный прилив окатил электричеством каждый дюйм ее кожи. Но она не покажет своей реакции. Равнодушной. Будет равнодушной.

Джим появился из водоворота тумана, и ее дыхание замерло.

Избранный спаситель был самым лучшим из мужского рода. Сложенное огромным и смертельно-опасным, его тело являлось орудием войны, но также было сделано для секса. Грубого, неистового…

— Ты хочешь меня, — сказала она низким голосом.

Его глаза сузились, и ненависть в них сделала для ее либидо больше, чем самая вкусная тарелка устриц, когда-либо подаваемая к столу.

— Не для этого, дорогая.

О, сейчас он лгал.

Покачивая бедрами, она подошла к рабочему столу и провела пальцами по изрытой, выцветшей поверхности. От воспоминаний о нем, связанном, с разведенными ногами и блестящим от использования членом ее дыхание стало глубже.

— Нет? — спросила она. — Ты взывал ко мне. А не наоборот.

— Я хочу, чтобы ты рассказала, кто станет следующим.

Интересно.

— Значит, Найджел отшил тебя с этим вопросом, не так ли?

— Я этого не говорил.

— Ну, трудно представить, что ты первым делом отправился ко мне, — горько прошептала она. — И ты решил, что я скажу тебе.

— Именно.

Девина жестоко рассмеялась.

— К этому времени ты должен был понять, какова я.

— И ты скажешь мне.

— С какой стати мне…

Его рука скользнула по огромной груди и медленно, о, так медленно, спустилась вдоль живота…

Девина с трудом сглотнула. А когда он обхватил себя между ног, ее рот окончательно пересох.

— У меня есть кое-что, что ты хочешь, — сказал он резко. — И наоборот.

Так-так… Она хотела быть с ним, да, но этот вариант был даже лучше добровольного совокупления. Он заставит себя заниматься с ней сексом, пожертвует свою плоть ради информации… прямо перед его дорогой, прелестной Сисси.

Девина взглянула на стену и нашла душу, о которой он так пекся. Призвав девочку, она прислонилась к столу.

— Что именно ты предлагаешь?

— Скажи мне, кто на кону, и я трахну тебя.

— Займешься любовью со мной.

— Это будет трах. Поверь мне.

— Хоть розой назови ее [28] … Но я в сомнениях. — Какая ложь. — Это очень ценная информация.

— И ты знаешь, каков я.

О, это так, и она хотела его снова. Всегда хотела его.

— Прекрасно, — сказала она. — Я назову имя, и взамен ты предоставишь себя в мое расположение, когда я пожелаю. Будешь у меня на побегушках.

Он снова сузил глаза, которые превратились в щелочки и придали ему хищный вид.

Потом повисла тишина. Молчание затянулось, но она сохраняла самообладание. Он согласится, и, как ни странно, за это она должна благодарить Найджела, нервного блюстителя правил. Если бы архангел назвал имя души, то эта потрясающая жертва не была бы принесена.

— Заметано.

Девина начала улыбаться…

— С условием. — Когда выражение застыло на ее лице, он добавил, — Я буду с тобой сейчас, и ты выдашь мне имя. Потом посмотрим, правильное ли оно. В конце раунда, если ты не солгала… ты получишь меня. Когда пожелаешь.

Девина зарычала. Гребаная, треклятая свободная воля. Если бы она могла овладеть им подобающим образом, то Херон вообще бы не получил право голоса. Но все работало иначе.

Однако лазейки существуют, сказала она себе. Способы затенить все так, что она выдаст не слишком много информации, и все равно не посчитается с его мнением.

— Мы заключили сделку? — требовательно спросил он.

Приблизившись к нему, Девина сосредоточилась на маленькой фигуре за его плечом, которую она призвала ближе, на первые места перед тем, что вот-вот должно произойти.

Подойдя к его жесткому телу и поднявшись на цыпочки, она наслаждалась напряженной плотью, о которую потиралась:

— Сними штаны, — прошептала она на ухо Херону.

— Сделка или нет, демон?

Он был несгибаем перед ее волей, способным отвергнуть ее, не только сейчас — в будущем: стоя перед ней, он был полностью недосягаем.