Отпустив педаль тормоза, она позволила двигателю лениво завести ее в гараж. Выключив зажигание, она вышла и…

Рэйли замерла, закрывая водительскую дверь.

— Кто здесь? — крикнула она, запустив руку в пальто и выхватив пистолет.

Автоматическая лампочка на потолке предоставила четкий обзор стойки с граблями в углу, мусорной бочки и мешка каменной соли, которой она посыпала зимой переднюю дорожку для почтальона. Свет также сделал ее легкой добычей для того, кто следил за ней.

А кто-то следил.

Двигаясь быстро, София обогнула капот автомобиля, а не багажник, и достала ключи раньше, чем подошла к двери. Проворными, уверенными движениями, она открыла замок, влетела в дом и одновременно закрыла гаражную дверь с пульта. Оказавшись внутри, она тут же закрыла замок.

Охранная система в углу кухни мгновенно начала пикать. И значит, сигнализация функционировала, и именно она запустила ее.

Используя левую руку, Рэйли вбила код, отключая шум.

Пистолет лежал в правой.

Не включая освещение, Рэйли обошла дом, выглядывая в окна. Она ничего не увидела. Ничего не услышала.

Но ее инстинкты вопили о том, что за ней следили.

Рэйли подумала об «агентах» ФБР и том факте, что кто-то побывал в доме Века прошлой ночью. За офицерами полиции могли следить. За ними следили. И хотя она не делала ничего противоправного много лет, она была связана с Веком.

А он был далек от понятия «неконфликтный» по стольким параметрам. В кабинете она подняла телефон и проверила наличие гудка. Он был. И по иронии, первым делом ей захотелось позвонить именно Веку.

Этому не бывать.

К тому же, она сама может себя защитить.

Выдвинув стул из-за стола, она поставила его в углу так, чтобы видеть парадную дверь и ту, через которую она зашла из гаража; потом она подтащила приставной столик. В шкафу, в несгораемом сейфе лежало три других пистолета и достаточно патронов, и она взяла второй самозарядник, вставила обойму и сняла предохранитель.

Сев спиной к стене, Рэйли потянулась к беспроводной трубке своего телефона и положила его на стол рядом с дополнительным пистолетом, держа мобильник в кармане на случай, если придется быстро передвигаться.

Кто-то пришел по ее душу?

Отлично. Они могут просто войти и увидеть, какое их ждет приветствие.

В центре города, в мраморном вестибюле банка, в который вломился Джим, Эдриан истекал кровью, у него кружилась голова, но он отказывался терять сознание.

Этого не случится.

В столбе света, прорывавшегося снаружи, Джим аккуратно положил Эдди на жесткий, полированный пол. Ангел по-прежнему лежал, свернувшись калачиком, его огромное тело на одном боку приняло позу эмбриона, темная коса валялась, словно веревка.

— Приятель, мы можем перевернуть тебя на спину? Проверить, в чем дело? — спросил Джим. Не вопросы… скорее, предупреждение для Эдди, что его еще будут тормошить.

Когда парня откинули на спину, было приятно услышать смачную ругань. Это значило, что огромный ублюдок все еще дышал.

Но он не выпрямлялся в области живота. А его лицо… было ненормальным. Его обычно загорелая кожа сейчас поблекла до цвета снега, а глаза были сжаты так плотно, что черты его лица исказились.

На губах была кровь, окрашивая их красным цветом.

Кровь… вытекала из его рта.

Эдриан начал задыхаться, кулаки сжались, пот высыпал по всему телу.

— Эдди, ты будешь в порядке. Все будет…

— Расслабься для меня, — сказал Джим. — Я знаю, что это охренеть как больно, но нам нужно взглянуть.

— …в порядке. Все будет в порядке…

— О, дерьмо, — прошептал Джим.

О… дерьмо… это верно. Кровь не просто окрасила или вытекала из места, где хранились кишки Эдди… она пульсирующими толчками выливалась наружу.

Джим сорвал свою кожаную куртку, свернул ее и оттолкнул мокрые, блестяще-красные руки в сторону. Потом он просто застыл.

Каким-то образом нож этой гарпии пронзил живот Эдди, и потом прошелся к боку, прорезая дыру достаточно широкую и глубокую, чтобы предоставить обзору кишечный тракт. Но не это самое худшее: учитывая количество крови, вытекающей из раны, очевидно, была перерезана одна из больших вен или артерий.

Именно это убьет его.

Джим встряхнулся и приложил скомканную куртку к ране. — Ты можешь подержать это для меня, приятель?

Эдди предпринял попытку поднять свои руки, но они двинулись всего на пару дюймов.