— Хорошо. Сам как?

— Мы просмотрели материалы по делу Сесилии Бартен. Парни, у вас есть что-то, чего нет у нас?

Джим ожидал запрос информации от парня… стандартный порядок действий, и он бы предоставил ее, если бы на самом деле был агентом ФБР.

— Не знаю. Хочешь встретиться, чтобы я взглянул на то, что у вас есть.

— Отличное предложение.

— На руках не так много информации, от которой можно оттолкнуться. — Девина не оставила бы ниточки, а учитывая имеющиеся у нее возможности, работа по зачистке была выдающейся.

— Ага, я в курсе. Нет свидетелей… как, черт возьми, там не могло оказаться свидетелей?

Потому что его Сисси похитил демон, вот как.

Не то, чтобы она была «его».

— Слушай, — продолжил детектив, понижая голос. — Я думаю, она связана с Кронером. Ты можешь перепроверить данные и на него?

— Разумеется. — Джим не особо любил врать, но не имел затруднений, когда ситуация требовала искажения фактов. — Посмотрим, что мне удастся нарыть. Ланч?

— Ага. Ресторан «Риверсайд»?

— Увидимся в полдень.

Откладывая в сторону вампиров, Джим обошел изножье кровати и просунул голову через смежную дверь:

— У нас встреча с нашим бравым детективом.

Эдди и Эдриан подняли голову, и одновременно нахмурились.

— Что у тебя на шее? — спросил Эд.

— В двенадцать, — сказал Джим. — И значит, у вас есть еще пара часов на споры, пока я сижу в интернете.

Когда он покинул их комнату и направился за штанами, которые оставил на кресле, парни последовали за ним в его номер.

— Что это за ожерелье? — рявкнул Эд.

Хотя Джим сверкал задницей, он все же решил, что натянуть футболку «Хейнс» [80] было намного важнее. Он не хотел, чтобы они видели золотую цепочку Сисси, спасибо великодушное…

— Мы в заднице, — пробормотал Эдриан. — Мы в полной заднице.

Джим натянул футболку.

— Спасибо за твой вотум доверия…

— Она — не твоя проблема! Просто какая-то девчонка, забудь уже про нее.

Неподходящие слова неподходящим тоном в неподходящее утро.

Джим бросился к парню и буквально уперся лицом в физиономию ангела.

— Вчера я полдня смотрел в глаза матери этой девчонки. Так что прежде, чем ты спишешь ее как «ничего особенного», я предлагаю тебе сходить туда и узреть собственными глазами, как много она значит.

— А я предлагаю тебе определиться с приоритетами, — не уступал Эдриан. — В этом противостоянии сотни тысяч красивых, невинных жертв, и да, это трагично, но такова реальность. Она — просто самая последняя из виденных мною… ты собираешься откалывать подобное дерьмо с каждой встречной цыпочкой? Это война, а не какая-та сводническая служба.

— Ты, высокомерный ублюдок, — зарычал Джим, обнажив зубы. — Не смей притворяться, что знаешь меня.

— Так сделай нам одолжение, узнай сам себя!

Джим отступил назад. И перевел взгляд на Эдди.

— Убери его от меня… и держи подальше. Мы закончили.

Эдриан бросил через плечо «да плевать» и вернулся в свой номер. Мгновение спустя, дверь с грохотом захлопнулась.

Джим натянул кожаные штаны на голое тело, и в повисшем молчании ему хотелось кричать.

— Он прав, — сказал Эдди.

Бросив через плечо злой взгляд, Джим выплюнул,

— Ты тоже свободен уйти. Мне не нужен никто из вас.

Последовала пауза, а потом Эдди медленно насупил брови, опуская их над красными глазами… которые внезапно замерцали.

Джим сделал шаг назад, но не потому, что боялся, что парень ударит его. Скорее осознал, что бросил спичку в бензин.

Взбешенный Эдди Блэкхоук — не то, с чем захочется иметь дело.

Тоном, искаженным до такой степени, будто голос доносился из радио со сбившимися частотами, ангел прорычал:

— Хочешь быть волком-одиночкой? Ну так удачи… я спас твой член и яйца прошлой ночью, и это не впервые. Считаешь Эдриана проблемой? Посмотри в зеркало, продвинешься дальше.

На этой ноте Эдди развернулся на пятках и закрыл за собой смежную дверь, запирая ее на замок. Потом резкая вспышка раскаленного добела света сообщила, что ангел исчез старомодным способом.

Повернувшись, Джим подобрал дешевое кресло, поднял над плечом, готовый швырнуть его в дверь.

Но потом он замер, увидев в зеркале над комодом свое отражение.