Шрифт:
Толпа вскрикнула в один голос. Навстречу коляске замахали шляпы и платки.
В коляске величественно восседал красивый мужчина, с лицом несколько полноватым и блестящими черными глазами. Одежда его поражала своим великолепием, драгоценности так и переливались в лучах солнца. Рядом сидела прелестная молодая женщина в богатом наряде.
— Да здравствует благодетель человечества! Да здравствует божественный Калиостро! — все восторженнее и неудержимее зазвучали крики толпы.
Сверкающий драгоценностями красивый человек в коляске приподнял маленькую треугольную шляпу и принялся кланяться с торжественностью и грацией короля. Спутница его также раскланивалась направо и налево, поворачивая хорошенькую головку и отвечая милыми улыбками на каждый букет цветов, брошенный к ее ногам в коляску. Вскоре граф Калиостро и его прекрасная жена Лоренца оказались буквально погребенными горой цветов.
Экипаж двигался уже шагом, стесняемый со всех сторон толпой. Лица людей выражали фанатичный восторг.
— Да здравствует благодетель человечества! Да здравствует божественный Калиостро! — звучало все громче и громче.
Коляска покатилась по городским улицам. В окнах домов появились головы многочисленных любопытствующих. Так продолжалось до тех пор, пока коляска не остановилась перед большим зданием, вокруг которого уже стояла очередная толпа.
Весь Страсбург знал, что это здание, переделанное в лечебницу, вот уже около месяца назад снял посланец Калиостро. Теперь к его приезду здесь собралось более двухсот мужчин, женщин и детей, страдавших самыми различными недугами.
В толпе уже знали, что божественный Калиостро осчастливит Страсбург долгим пребыванием. Ведь для него с необыкновенным великолепием отделали роскошный дом. Также стало известно, что, прежде чем отдохнуть с дороги, знаменитый путешественник желает оказать первое благодеяние Страсбургу — исцелить всех собравшихся больных.
Калиостро, выбравшись из груды цветов, поднялся во всем своем блеске. Дверца распахнулась. Граф ловко соскочил со ступеньки экипажа, подал руку Лоренце и, сопровождаемый огромной свитой и множеством любопытных, вошел в лечебницу. Здесь в большом зале собрались все больные.
Исцеление началось.
Граф, не отпуская от себя Лоренцу, подходил к каждому страждущему, пристально вглядывался в глаза каждого, возлагал руку то на головы, то на плечи больных и при этом приговаривал:
— Теперь вы свободны от вашей болезни, она прошла и не вернется, вы здоровы.
И шел дальше. Все мужчины, женщины и дети, за мгновение до этого страдавшие и стонавшие, ощутив прикосновение знаменитого целителя, услышав его слова, объявлявшие об исцелении, тут же чувствовали себя действительно здоровыми. Когда Калиостро обошел всех и, без всяких признаков утомления, направился к выходу из зала, все недавние больные, как один, упали на колени и возблагодарили его за исцеление.
А пробравшиеся в зал скептики и городские врачи, не верившие в Калиостро и открыто насмехавшиеся над чудодеем, не знали теперь, что и думать. Ведь они сами стали свидетелями чуда. И чудо это свершилось на глазах сотен свидетелей. Через час весь город будет знать о случившемся, и поди теперь опровергни или подвергни сомнению то, чему они и сами стали свидетелями. Еще утром всех пускали в лечебницу и позволяли задавать пациентам любые вопросы. И все знали, что собравшиеся здесь больные отнюдь не притворщики, а действительно страдавшие разнообразными неисцелимыми доселе недугами… И вот они здоровы!
— Да здравствует благодетель человечества! Да здравствует божественный Калиостро! — еще неудержимее зазвучало вокруг.
Покорение Страсбурга
Задолго до приезда в Страсбург ловкие эмиссары Калиостро уже распустили по городу самые разнообразные и невероятные слухи. И слухам этим поверили.
А первый день появления в городе стал и первой оглушительной победой, одержанной во Франции. Весть о множественном исцелении молнией охватила город. И вечером в доме Калиостро, за его столом, собралась вся страсбургская знать, считая за честь воспользоваться полученным приглашением.
Приглашенные ожидали необычного приема, но он превзошел самые смелые их ожидания. Калиостро и красавица Лоренца встречали гостей посреди сказочной обстановки. Но никому и в голову не могло прийти, что таинственная и удивительная гостиная, где производился прием приезжающих, в точности скопирована с одной из гостиных петербургского дворца светлейшего князя Потемкина-Таврического.
Но никто из жителей Страсбурга в чертогах русского всесильного вельможи не бывал. Да и о России они имели весьма смутные представления. Поэтому никто не делал никаких сравнений, все просто восхищались. Люди, принадлежащие к старинным дворянским фамилиям, обладающие значительными состояниями, по природе личности независимые и даже надменные, пожелай Калиостро, бросились бы целовать ему руки.