Девушка стояла в стороне от автобусной остановки, глядя куда-то через дорогу на противоположную сторону улицы, будто там могло происходить нечто интересное. Дэнни следил за ее пристальным взглядом и не находил ничего необычного: квартирные здания, спешащие на работу люди, бездомный, вытаскивающий продовольственную карточку из всех своих «пожитков». И все происходило в быстром темпе, меняясь одно за другим.

Ее волосы были заплетены в косичку и подчеркивали ее высокие и тонкие скулы. Она была еще красивее, чем прежде.

Дэнни подумал, стоит ли начать говорить с ней или нет, потому что это будет похоже на извинение. Ему хотелось как-нибудь отметить возможность начать работать, разделить с кем-нибудь свою удачу.

— Эй, Дэнни, здесь твоя подруга, — воскликнул Дракула.

Дэнни проигнорировал его, но его щеки налились теплом. Девушка не обернулась и не ответила на реплику, хотя, наверное, слышала этого маленького монстра.

— Эй, Дэнни, кажется, ты ей не нравишься, — снова в полный голос завопил Дракула.

Неуклюжий момент прошел, как тут же началась драка, что было обычным явлением. Два монстра начали толкать друг друга и пытаться повалить на асфальт. Дракула схватил за грудки другого парня, которого Дэнни раньше не видел: низкорослого, худощавого, с большими отчаянными глазами. Дракула столкнул его с тротуара и пнул коленом в живот.

— Ладно, хватит вам, — закричал на них Дэнни, растолкнув их в стороны.

Прежде, чем он предпринял что-нибудь еще, к остановке подъехал автобус, волоча за собой облако сизого дыма.

Дэнни помог новичку подняться на ноги. Ему было где-то десять или одиннадцать, он старался не заплакать, не смотря на это, слезы уже текли по щекам. Он оттолкнулся, когда Дэнни попытался вытереть с его лица грязь подолом своей куртки. «Отставь от меня», — сердито зарычал он. Дэнни подумал, что это типично. Он каждый день наблюдал этих монстров по дороге в школу и обратно.

Дэнни поднялся в автобус последним. Взмахнув перед водителем своим удостоверением, он кинул взгляд в салон: девушка села сзади, на одном из последних сидений.

«Что, кишка тонка?» — сказал он себе.

Кажись, ему было море по колено. Он направился в конец автобуса и плюхнулся на сидение рядом с ней. Ее наплечная сумка была на полу между ее колен. Это его взбодрило еще сильней. Если она на самом деле хотела, чтобы рядом с ней кто-то сел, то она могла кинуть сумку на сидение, которое было перед ней.

И что теперь?

Удивившись ему, она заговорила первой.

— Видела, как ты их сегодня разнял. Ты не руководствовался своими принципами?

— Ты как-то показала хороший пример, — он надеялся, что ответил достойно.

Она промолчала.

— Я на самом деле не из худших парней.

Она снова промолчала в ответ.

— Я стараюсь быть вежливым и учтивым, — сделал он ударение на два последних слова.

Легкий намек на улыбку коснулся ее губ, но она продолжала смотреть вперед, не на него.

— Я думаю, что нужно написать петицию, — продолжил он. — Может, ты подпишешься?

— Что за петиция?

— Петиция в адрес электрической компании, чтобы кабели шли под землей. Тогда они оставят деревья в покое, — так уж его волновали эти деревья? Но это было единственным, о чем в прошлый раз они говорили. — Также это бы предотвратило перебои в подаче электроэнергии в случае шторма или урагана. Когда кабель будет под землей, то можно не бояться обрыва проводов в случае падения деревьев или просто раскачивания их ветвей. Никто не останется без света, — затем он попытался пошутить. — Тебе же не хочется смотреть телевизор при свечах?

Ему показалось, что в его шутке все-таки была какая-то доля правды.

Она пристально посмотрела на него.

— Я думаю, что сегодня ты — доктор Джекил.

— Это не значит, что в другой день я — мистер Хайд, — Дэнни поддержал игру, упоминая персонажей известного телесериала.

Ее лицо стало серьезным, а глаза вдруг стали не карими, а голубыми.

— Но уж точно, кто-то из них, — эта фраза из ее уст прозвучала даже несколько соблазняюще.

— Дэнни Колберт, — представился он. — На самом деле меня зовут Дэнис. Мой отец — из Канады. Он хотел, чтобы мое имя звучало как-нибудь по-американски, чтобы оно не выделялось среди американских имен, — ему не хотелось использовать слово «кратких», и говорить обо всем этом ему показалось смешным, но его рот не собирался закрываться.