– - Ну, Федька, завтра скотину разлучать не будем, погоним вместе, а то с коровами один не сладишь. Слепни, что ли, одолели, -- бегают как шальные.

– - Ну, что ж, -- говорит Федька, -- все равно!

Василий улегся на сене и вскоре захрапел. Лег и Федька, да не заснет никак: все мысли разные в голову лезут, не дают заснуть.

То вспоминается ему, как он маленький был, как рос, как с ребятишками баловался. То представляется ему отец больной, бедность, нищета... Потом стал думать Федька, как он отпасет лето, получит расчет и будет хозяйством обзаводиться.

"Купим, -- думается ему, -- корову, отелится она, принесет телочку. Телку продавать не будем, а будем растить: вырастет -- тоже корова будет. А зимой, может, наймусь куда, выживу рублей пятнадцать, да мать что-нибудь заработает, -- лошадку купим. И буду я крестьянином, буду сам хозяин, буду работать, пахать, сеять; лето дома, а зимой на стороне. Долго только еще до этого... Да и денег много надо, а у меня зажитых... Сколько у меня зажитых?.. Постой... сосчитаю. По Ильин день двенадцать рублей... в задаток взяли три рубля... Стало быть, девять уже зажил... Осень недалеко: пропасу, получу двадцать рублей, -- вот и корова..."

И представляется малому, что купили корову большую, пеструю, как у Петра Карягина, -- и радостно бьется сердце у Федьки, на душе весело... а сна все нет. Заснул он только перед рассветом.

IV

Не проспал и часа парень, как стал будить его Василий:

– - Федька! а, Федька! Вставай, -- будет дрыхнуть-то!

Промычал что-то Федька, повернулся на другой бок и опять заснул. Осерчал Василий.

– - Вставай, леший!
– - говорит.
– - Выгонять пора! Поднялся Федька как шальной; остановился средь сарая и стал глаза протирать.

– - Вишь, разоспался как! Инда ошалел! Пойдем.

Побрел Федька за Васильем, почесывается, шатается и спотыкается на каждом шагу.

Выгнали скотину, размялся Федька маленько, и дрема прошла. Забрело стадо в барскую сечу, разбрелась скотина по кустам и припала к траве.

Пришло время, стал Василий собираться завтракать идти.

– - Ну, ты смотри тут, -- говорит, -- а я пойду.

– - Ладно, иди.

Ушел Василий, обошел Федька стадо кругом, видит -- скотина смирно ходит -- и сел он на кочку, под кустом. Только сел он, застелило ему глаза, заходили красные круги, стали веки слипаться, и голова на сторону погнулась. Надвинул Федька картуз на лоб, да и заснул.

Спит Федька и видится ему, что купили они с матерью корову на базаре и ведут ее домой. Идет Федька впереди, ведет корову на веревке, а мать ее сзади подгоняет. Подошли они уж и на свое поле, и деревня их видна... только чувствует он, что корова тянет веревку. Оглядывается Федька, а матери уж нет, а тереховские мужики окружили корову, и один уж за веревку схватился.

– - Что вы, православные!
– - взмолился Федька.
– - За что корову отымаете?

А староста и говорит будто:

– - Мы не себе, а нам барин велел.

– - Какой барин?
– - спрашивает Федька.

– - Какой, какой!
– - передразнивают мужики.
– - А тебе что за дело? Отдавай корову.

Кто-то из них толкнул Федьку.

Проснулся парень -- стоит перед ним Василий и кричит:

– - Где у тебя скотина-то? Дьявол этакий? Проспал, анафемская твоя душа!

Вскочил Федька как ошпаренный.

– - Не выдрыхся за ночь-то, черт сопливый! Дорвался здесь спать, -- вот и возьми!

Оглянулся Федька кругом -- ни коров молодых нет, ни жеребят. Испугался парень, остолбенел даже.

– - Что уперся-то? Поди ищи!
– - кричит Василий.

Вскинул Федька кнут на плечо и пошел по сече. Обошел он всю сечу, завернул в рожь, посмотрел в яровом -- нет нигде скотины. Вернулся он унылый к Василью.

– - Ну, что?

– - Нет нигде.

– - Где искал-то?

– - И по сече, и в яровом, -- нигде нет.

– - Ах ты, распроклятый! Что ты наделал-то? Теперь в такую кашу въедешь -- и не разделаешься. Смотри тут, -- я сам пойду.

И пошел Василий искать скотину.

Долго ходил Василий и вернулся уж после полден. Вернулся сердитый пуще прежнего.

– - Что, квашеная морда, нарвался? Скотина на барском дворе, из хлеба взяли.

Федька ничего не сказал.

– - Теперь отдувайся.

– - Как же быть-то?
– - спросил Федька.

– - Старосту велел привесть, так не отпускает. Пойду за старостой. Смотри тут.

Ушел опять Василий. Опустился Федька на землю: чуял он, что беда стряслась над ним, а боялся задуматься над ней: и так у него все сердце выболело, -- не хотелось ему еще больше тревожить его.