Внимание одних было настолько поглощено Гарри, а других — домашней работой, что никто не заметил, как портрет отъехал в сторону и в гостиную вошли два человека. Никто не заметил, как они внимательно оглядывали комнату, ища только одного ученика. Эти двое разглядели группу рыжеволосых людей в дальнем углу и решили, что нужно начать поиски именно оттуда.

— Кому расскажи — не поверят, — громкий голос Сириуса Блэка привлек всеобщее внимание. — Вечер воскресенья, а все внутри… и делают уроки. Жизнь в Хогвартсе сильно изменилась.

Все в изумлении уставились на него. И неудивительно: Сириус Блэк, единственный, кто смог сбежать из Азкабана, крестный отец и опекун Гарри Поттера, а также бывший преподаватель Защиты от Темных Искусств, Ремус Люпин, стояли не где-нибудь, а в их гостиной.

— Да, удивительно, как многое может измениться за год, — констатировал Ремус. — Не могу припомнить, чтобы когда-либо видел что-то подобное.

— Быть может, вокруг замка бродят дементоры, — задумчиво проговорил Сириус. — Иначе выходит, что мой кошмар стал явью: дети охотно сидят за уроками в выходные. Теперь остается только встретить в коридоре улыбающегося Снейпа… или хохочущего… или поющего… или танцующего…

— Фу! — в отвращении воскликнул Ремус. — Сириус, прекрати! А то у кого-нибудь точно начнутся кошмары, — он явно вздрогнул, — включая меня.

Сириус усмехнулся, скрючил пальцы и протянул руку к нему.

— Значит, мне удалось, — гордо произнес он и оглянулся на учеников, в изумлении смотрящих на них. — Ну, кто-нибудь мне скажет, где прячется мой крестник?

Гарри закрыл книги и встал.

— Я здесь, Сириус, — произнес он и стал осторожно пробираться к своим крестным, отчаянно пытаясь спрятать улыбку. — Придумали, как появляться. — Гарри, подняв брови, взглянул на Сириуса. — Поющий и танцующий Снейп? Не мог придумать что-нибудь более отталкивающее и травмирующее психику?

Сириус пожал плечами.

— Я ведь не знал, что произошли такие странные вещи, — произнес он и на мгновение задумался. — Погоди… Нет, сейчас ничего в голову не лезет, нужно время.

Сириус пристальнее взглянул на Гарри, и его хорошее настроение улетучилось.

— Есть время прогуляться вокруг замка?

Гарри кивнул и вышел вслед за опекунами, совершенно забыв об остальных гриффиндорцах, находившихся в гостиной и во все глаза смотревших на них.

Едва они оказались в коридоре, Сириус тут же крепко обнял Гарри, а за ним и Ремус. Взглянув на опекунов, Гарри по их лицам понял все: ему придется участвовать в Турнире.

— Что сказал профессор Дамблдор? — тихо спросил Гарри.

Ремус вздохнул, пожал плечо Гарри и пошел по коридору, молчаливо намекая Гарри и Сириусу следовать за ним.

— Он извинился, что не сообщил нам о твоей пятничной вспышке, — тихо произнес Ремус. — И хотя ни я, ни Сириус не согласны с тем, когда это было сделано, все же мы считаем, что это наилучшее решение проблемы, особенно учитывая твое участие в Турнире. В заданиях тебе потребуется все твои знания, и магические вспышки могут быть опасны.

— Мы постарались вытащить тебя из Турнира, Гарри, — добавил Сириус. — Постарались, но, к сожалению, связывающий магический контракт необратим. Дамблдор теряется в догадках. Он знает, что в школе находится кто-то, кто желает причинить тебе вред. Он перепроверяет всех, кто прибыл в последнее время, чтобы обнаружить, от кого исходит опасность.

— И что ты обо всем этом думаешь? — тихо спросил Гарри.

Он не мог избавится от ощущения, что еще что-то произошло в кабинете Дамблдора. Сириус слишком осторожен в выражениях. Как и Ремус. Ремус, к тому же, был чересчур спокоен. Переводя взгляд с одного опекуна на другого, Гарри начал нервничать.

— Что происходит?

Сириус и Ремус обменялись взглядами.

— Скажем так, нам не удалось переговорить с Дамблдором как следует, — осторожно произнес Ремус. — Мы не согласны с тем, что он заставляет тебя участвовать в Турнире, когда совершенно ясно, что ты не клал своего имени в Кубок. — Гарри хотел было выступить в защиту Дамблдора, но Ремус не дал ему заговорить. — Да, мы помним о контракте, Гарри, но это не значит, что нам это должно нравиться. Дамблдор уверил нас, что никто не мог пройти через защиту, которую он установил на Кубок.

— Из того, что я понял, никто этого и не делал, — заверил Гарри Ремуса, когда они стали спускаться по лестнице к вестибюлю. — Никто моложе семнадцати лет не пересекал барьер. Именно такое было ограничение.

— Значит, кто-то старше смог обмануть Кубок и заставить его принять твое имя, — заключил Сириус. — По–моему, для учеников это чересчур замысловатая задачка, да и для взрослых тоже. По мне, так это Каркаров.

Гарри замотал головой.

— Не думаю, — возразил парень. — Профессор Каркаров и мадам Максим были далеко не счастливы из-за моего участия в состязании. Каркаров даже собирался забрать Крама и уехать. Из взрослых я видел еще только Крауча и Бэгмена, но им-то зачем мое участие в Турнире? Это бессмысленно.