Шрифт:
«А может, к черту эту Землю? Вот только мама… Мама поймет и простит…»
– Элизиума хватит на всех, Джо, – сказал он вслух, хотя в мыслях у него было совсем другое. – Давай уберемся с этой проклятой луны с полными трюмами, а потом совершим обратный обмен. У каждого из нас – свой путь…
– Твои никудышные друзья вздумали прикрываться тобой, как щитом, – отозвался бретёр. – Они полагают, что твое здоровье имеет в этом деле какое-то значение.
– Ты не сможешь причинить мне вред, Джо, – проговорил Омал. – Ты слишком дорожишь своими мускулами и физиономией героя боевиков. А мне не жаль будет выпустить из сырого сэндвича воздух.
– Ошибаешься. – Бастер направил дуло пистолета в небо. – Добытый элизиум сделает меня одним из самых богатых людей Империи. Полагаю, что наконец-то я получу возможность совершить еще один психообмен. На этот раз я обменяюсь с неким странствующим фокусником, женихом певички из кабаре по имени Варра. По иронии судьбы, у этого шута горохового – очень влиятельные родственники. Пора освежить кровь императорской семьи и восстановить власть над Империей, пусть даже в ущерб видеопластовым рейтингам и пожеланиям зрителей.
– Так, значит, ты тоже хочешь, чтобы в Солнечной системе что-то изменилось? – Омал ухватился за эту идею, как за соломинку. – Как и Артур, да? Почему же мы тогда стоим по разные стороны?
Бастер рассмеялся:
– Нет! Нет, нет… Трудно подсчитать, сколько марсианского вина было выпито, а сколько слов – сказано, но мы с Арчи шли бок о бок, пока не оказались на развилке. Он выбрал себе путь «героя банановой республики», а я – «да здравствует межпланетная монархия!»
– Ты сошел с ума…
– Как и ты, мой мальчик, как и ты, – беззлобно парировал Бастер и отступил на два шага; Омал включил рацию, в наушниках зазвучали гневные голоса стрелков и Бердо. – Так что развей свои иллюзии и прикажи капитану открыть люки, нам нужен ваш харвестер! – договорил Джо на общей частоте.
– Нужен харвестер? – переспросил Бердо. – Так вот он! Держи!
3
Наполовину загруженная элизиумом «черепашка» вывалилась из затянутого дымом неба. Зависла над базальтовой плитой, стреляя синим пламенем сразу изо всех дюз посадочных двигателей. Стрелки Компании рухнули ничком и закрыли шлемы руками, вместе с ними повалился и Омал. Он был уверен, что потерявший управление харвестер впечатает людишек в плато, словно молот – случайно оказавшуюся на наковальне букашку.
Но «черепашка» не потеряла управление. Харвестер удержался в считаных футах от поверхности, опалил скафандры реактивным выхлопом, подпрыгнул… И уселся на «мародер», заблокировав оба башенных орудия. Если у кого-то из каперов Рудной компании сдадут нервы и он решится сделать залп, то в атомном пламени вместе с «черепашкой» сгорит и добрая половина каперского корабля.
В тот момент, когда остальные оказались на земле, Бердо сбросил с плеча термос Стросса. Ударил его днищем об базальт так, что крышка сорвалась с резьбы и взлетела, вращаясь, как подброшенная монетка. Из термоса хлынул белесый пар – атмосфера, которой дышал профессор – а вместе с ним…
Нет, не упрямый нептунианин, обреченный на мгновенную смерть, а покрытый инеем атомик. И еще какая-то пластина с золотыми прожилками. От нестерпимого жара пластина мгновенно расплавилась. Атомику жар не грозил, и Бердо в полуобороте поймал рукоять пистолета.
Омал понял, что Артур провел всех. Он уже поднимался, чтобы помочь другу. Одновременно поднимались стрелки. Некоторые сообразили, что встать не успеют, и собрались стрелять лежа. А вот Бастера не испугал маневр «черепашки». Он тоже был на ногах: держал Бердо на мушке, но почему-то не спускал курок. Перчатка, сжимающая атомик, странно серебрилась, словно изготовили ее не из жаропрочного инсулита, а из ртути.
Бердо открыл огонь. По скафандрам людей Компании заплясали языки пламени. Весь воздух, который был внутри оболочек, сгорал в считаные мгновения, выплескиваясь сквозь пробоины адскими фонтанчиками. В довершение взрывались ранцы жизнеобеспечения, подбрасывая изувеченные останки высоко над базальтовой плитой.
Бастер попытался отшвырнуть пистолет, но перчатка не разжималась. Браслет из элизиума, который с руки Бердо перекочевал сначала на Омала, а потом и на Джо, повинуясь воле владельца, надежно заблокировал сочленения его скафандра.
– Ма бахт! – заревел Бастер и кинулся на Омала, желая во что бы то ни стало вышибить дух из рохли и убогого клерка, дерзнувшего встать на пути у баловня судьбы, непобедимого космопроходимца.
Попытался ударить, но рефлексы бретёра помогли Омалу отбить выпад. Попытался ударить снова, но и тут Бастера постигла неудача.
– Ну, давай! – выкрикнул Омал, ощущая азарт.
Бастер ударил ногой, целя в коленное сочленение скафандра Омала. Психотурист с удивившей его самого легкостью перехватил подошву Джо, крутанул вбок и толкнул. Бастер упал на базальт горою гремящего железа. Он попытался сразу вскочить, но Омал саданул мыском сапога по его шлему. Светофильтр разлетелся вдребезги, по забралу поползли трещины.