Зал опять зааплодировал.

– Ввести должность освобожденного первого заместителя председателя президиума, – продолжал Суслов. – В связи с этим освободить председателя президиума Верховного Совета СССР товарища Подгорного Николая Викторовича от занимаемой должности и от обязанностей члена политбюро ЦК КПСС.

Суслов посмотрел в зал:

– Предлагается утвердить генерального секретаря ЦК КПСС товарища Брежнева Леонида Ильича председателем президиума Верховного Совета.

Зал вновь зааплодировал. Подгорный собрал свои бумаги и поднялся. Но Суслов его остановил:

– Посиди пока еще здесь.

Михаил Андреевич осведомился у зала:

– Какие будут предложения? Голосовать в целом?

– В целом, – ответил зал.

– Голосуют члены Центрального комитета, – предупредил Суслов. – Кто за то, чтобы принять текст постановления пленума, который я зачитал, прошу поднять руку. Прошу опустить. Кто против? Нет. Кто воздержался? Нет. Принято единогласно.

Теперь члены пленума аплодировали стоя. Подгорный тоже встал и что-то сказал Суслову. Тот показал ему рукой вниз: теперь садись в зал со всеми.

Николай Викторович, как оплеванный, спустился во второй ряд. Там одно место осталось свободным. Видимо, в отделе организационно-партийной работы ЦК заранее продумали всю процедуру. За несколько минут один из влиятельнейших людей в стране стал никем.

Суслов объявил:

– Слово имеет Леонид Ильич Брежнев.

Леонид Ильич произнес короткую, заранее написанную ему речь:

– Товарищи члены и кандидаты в члены Центрального комитета партии, а также члены Центральной ревизионной комиссии. Позвольте мне выразить вам сердечную признательность, поблагодарить вас за оказанную мне честь и высокое доверие – быть одновременно и генеральным секретарем Центрального комитета нашей партии и председателем президиума Верховного Совета.

Аплодисменты.

– Я отдаю себе полный отчет в важности и сложности этой работы. Обещаю вам приложить все силы, чтобы оправдать ваше доверие и быть таким же честным бойцом нашей партии, каким я был до сегодняшнего дня. Аплодисменты.

Сразу после пленума ЦК в комнате президиума, куда он зашел в последний раз в своей жизни, потрясенный Николай Викторович Подгорный, ни к кому не обращаясь, произнес:

– Как все произошло неожиданно! Я работал честно…

Он ушел с пленума никому не нужным пенсионером.

На следующий день Подгорный от руки написал Брежневу личное письмо (воспроизвожу его с авторской орфографией):

«Дорогой Леонид Ильич!

Ты должен понять мое сегодняшнее состояние, поэтому все сказать как этого хотелось бы – просто трудно да пожалуй и невозможно.

Для меня вчерашнее решение было просто потрясающим. Я целиком и полностью согласен с тем, что нужно объединить посты Генерального секретаря ЦК КПСС с постом Председателя президиума Верх. Совета СССР. Сама жизнь подсказывает, что в условиях той роли, которую занимает Генеральный секретарь нашей руководящей и направляющей всю внутреннюю и внешнеполитическую деятельность нашего общества – партии, единственно правильное решение.

Еще года два или 3 тому назад, если ты помнишь, мы вели с тобой на эту тему беседы. Ты тогда сказал, что несвоевременно. Но теперь такое время наступило для его освобождения. Я с этим безусловно согласен, и следовательно с решением об освобождении меня от обязанностей Председателя Президиума Верх. Совета и члена Политбюро ЦК КПСС.

Что касается формы и существа формулировки принятой и опубликованной в печати, радио и телевидению «Освободил от обязанностей члена Политбюро ЦК КПСС» без всякой мотивировки, я думаю, Леонид Ильич, этого я не заслужил.

Сейчас каждый может подумать что в голову сбредет, то ли он политический преступник или вор, то ли у него не сложились отношения в Политбюро ЦК и т. д.

Дорогой Леонид Ильич!

Я в партии уже свыше 52 лет. Я всегда и во всем выполнял задачи которые на меня возлагала партия, ни на что не претендуя. Мы с тобой старые друзья, покрайней мере до последнего времени. А 1964 год нас настолько сблизил что, казалось, и клялись в этом, нашей дружбе не будет конца. То что могло нас ожидать и даже подстерегало нас, не могло изменить дело потому, что мы стояли на принципиальных партийных позициях. Запугивания и пророчества, нас не запугали, мы в обмороки не падали и не бледнели.

Я всегда чувствовал твою дружбу, твою поддержку и это поддерживало и окрыляло меня в моей и нашей совместной работе, за что я тебя искренне благодарю.

Конечно, в работе все бывает, бывало и у нас с тобой. Но поверь мне Л. И. я всегда желал тебе и в твоем лице ПБ, и всей партии всяческих благ и больших успехов. Все то хорошее, а его было много – остается до конца моей жизни. Желаю тебе здоровья, больших успехов на благо нашей партии и Родины.

Н. Подгорный

P.S. Немного отойду, успокоюсь постараюсь написать более складно, а сейчас если что не так – извини.