Шрифт:
– Я что, по-твоему, с дочерью Рокфеллера сплю?
– Ты спишь с женой Костылина. Ты очень хорошо устроился, Витя. Ты весь в шоколаде, а на мне статья…
– Тебя отмазали. Тебе что, этого мало?
– Ты не знаешь Городового, – покачал головой Вяток.
– Этого лейтенантика?
– Да, лейтенантика. Только хватка у него такая, что не всякий полковник похвастается. Железная у него хватка. И ментяра он матерый. Железная хватка матерого ментяры. Помяни мое слово, он от нас не отцепится, я тебе это говорю… Он понимает, что это ты Костылина заказал. Поэтому и под тебя копать будет…
– Да пока спокойно все, никаких движений.
– А он тихо копать будет. Или уже копает. Ты и не заметишь, как под тобой все обрушится.
– Ты думаешь? – напрягся Виктор.
– Я знаю. Я таких упертых видел. Если вцепился, то намертво…
– Может, денег ему дать?
– Попробуй. Только вряд ли он возьмет.
– Но попробовать можно?
– Хотелось бы в нем ошибиться.
– А если на нож?.. Это, конечно, крайности, – спохватился Быхалов. – На них мы не пойдем… Но все-таки…
– Я ему сказал, что за Инну свою с него спрошу. Ты бы видел, как у него глаза загорелись. Думаешь, он жертвой себя почувствовал? Нет, он на меня смотрел волком, который на охоту вышел… Нюх у него волчий. Мы его со всех сторон обложили, Гром аккуратно так со спины заходить стал. Темно, метель метет, а он все равно учуял. И встал так, чтобы со спины не зайти… Стреляет он очень хорошо. И в рукопашной силен… Я бы с ним не стал связываться.
– А с Сысоевым зачем связался?
– Ты откуда знаешь?
– Тайна следствия, – скривился Виктор.
Это, кстати говоря, был еще один повод избавиться от Вятка. Зачем ему человек, который не может управлять своими эмоциями?
– Ну, связался… Злость взяла.
– А на мента что, злость не берет?
– Сысоев – жертва. А с ментом такая маза не прокатит.
– Хорошо, что ты хоть здесь соображаешь. А так – дурак. Одним ножом два трупа…
– Так на лоха бы Сысоева и списали.
– У лоха алиби.
– Это алиби на двух ногах ходит. А ноги подрезать можно… Это я о жене лоха. Но меня больше мент напрягает. С ним тоже надо решать, – как-то не очень уверенно сказал Вяток.
– Зачем тебе это?
– Да так, просто сказал.
– И я просто сказал. Не надо мента трогать.
– Почему не надо? Если до крайности дойдет, то, конечно, надо. Но лучше миром дело уладить.
– Как?
– Ты открываешь мне счет на двести пятьдесят зеленых лимонов, я прихожу к ментам с повинной, признаюсь, что убил Костылина из ревности… Ну, к его бывшей секретарше приревновал, потому и сорвало крышу. Помнишь, он Соньку выгнал, так это меня о-очень сильно задело… Короче, получаю за убийство десять лет, отбываю срок, возвращаюсь, снимаю со счета деньги… Ты тогда уже миллиардером будешь и про эти деньги забудешь. А я тебе напоминать не стану. Ты обо мне даже не услышишь. Ну, если бабки обратно не уведешь…
– Четверть лимона – это много, – мотнул головой Быхалов.
– Извини, на меньшее не согласен. Мне Сысоева пришить могут. Я, конечно, скажу, что нож случайно нашел. Кто-то бросил, а я подобрал. Но судья может не поверить…
– Я тебя извиняю, Степа. Только ты запросил слишком много. И так на твой отмаз полста штук ушло, – преувеличил сумму Виктор.
– Ну да, тебе легче меня в расход вывести…
– Мне легче тебя на Кипр отправить. Бунгало себе там купить, а тебя сторожем назначить. Там и мотай свой срок…
– А зарплата?
Виктор внимательно посмотрел на Вятка. Похоже, он действительно не прочь получить такую работенку.
– Полторы тысячи долларов в месяц.
А что, почему бы не отправить его на Кипр? Пусть живет там в добровольном изгнании.
– Три, и по рукам!
– А не много?
Виктор понимал, что тридцать шесть тысяч долларов в год – не такая уж и большая плата за собственную свободу. Но природная скупость давала о себе знать. К тому же он уже порядком потратился, чтобы вытащить Вятка из-за решетки.
– Ну, надо же мне на что-то звонить по межгороду. Пардон, по международу. Раз в неделю, как положено. А то вдруг менты завещание мое получат…
– Ну, может, я и соглашусь… Только сначала с бунгалом разобраться нужно.
– Назначь меня своим торговым представителем, отправь за границу, я решу этот вопрос. Найду хороший вариант.
– На свое усмотрение?
– Думаю, тебя тоже устроит вариант у самого синего моря.
– И я так думаю… Кого с собой за границу возьмешь? Инну?