– Ребята, помогите!

Всё вокруг зашевелилось, забегало, засуетилось. А мне захотелось скользнуть из этой суматошной темноты в то самое сияющее небо, в котором я совсем недавно летал с оллфагами.

Говорят, после тяжёлого, насыщенного событиями дня человеку может присниться целая куча снов и кошмаров, напоминающих недавние впечатления.

Кажется, я заснул. Кажется - потому что таких снов у меня никогда не было. В качестве именно процесса. Только что я мёрз, краем сознания вспоминая, что дождь в последние мгновения пошёл (пошёл? Рухнул, лупя по лужам так, что они кипели!) вместе со снегом, только что расслышал чьё-то негромкое: "Настоящая осенняя буря", только что шёл куда-то, поддерживаемый заботливыми руками и еле переставляя негнущиеся ноги, и ещё успел почувствовать, что сажусь близко к теплу, но пока оно до меня дойдёт… И внезапно - вокруг меня словно мягкие кирпичи начали ставить. Мягкие и тёплые. Намертво зажатый из-за холодрыги, я недоверчиво прислушался к своим ощущениям и, благодарный, к кому-то, кто догадался обложить меня тёплыми одеялами, стал потихоньку расправлять напряжённые мышцы. Но внутренний холод оставался. И тогда мне начал сниться этот сон, который и сном-то трудно назвать. А может, это только я так думаю.

В сновидениях взгляд часто едет - непроизвольно от одного места к другому, и никогда не угадаешь, что увидишь в следующий момент.

Сейчас мой взгляд резко расфокусировался. Я видел всё: и помещение, и людей, заполнивших его, - и всё это вместе с разных ракурсов. В эту комнату, чуть меньше остальных, меня провели через несколько помещений. Здесь очень много стульев, два дивана и один стол. Сюда же ребята втаскивают зачем-то множество мелких вещей - в основном мебель и бумагу… Взгляд поехал. Угол комнаты завален металлическими листами, поверх которых горит настоящий костёр. Меня подсаживают к огню.

Холодно. Хоть и начинаю отогреваться. Слишком долго был под дождём. Холод внутри, из-за чего никак не разожмутся мышцы, из-за чего продолжаю дрожать.

Кто-то смотрит на меня очень внимательно. Из другого угла комнаты. Странный взгляд. Как будто хотят залезть в самую душу. Вижу. Север. На мой взгляд в упор глаз не опускает, продолжает смотреть изучающе. Недолго. Через какое-то время оглядывается - на Батиса. Тот сидит на диване, подтянув ноги и обняв их. Сначала спокойно - затем заметно вздрогнул и обернулся к Северу. Ведун позвал его? Зачем?

Тёмное забытье.

Очнулся. Север и Батис - оба неожиданно близко. Склонились надо мной.

Снова словно в глухой угол спрятался от них.

Перед глазами прояснело. К двоим присоединился лейтенант Тайгер. Из далёкого далека он спрашивает: "Имбри, ты меня слышишь?"

Внезапно комната исчезла вообще. Мгновенно. Словно меня выдернули из неё.

Только что сидел неподалёку от гудящего на металлических листах огня - и вдруг упал, вскрикнув от неожиданности. Даже не упал, а стремительно съехал по круто отвесной стороне камня - горячего!.. Плюхнулся - ноги чуть не разбил. Сказать спасибо надо бы, что не сломал. Потому как хоть какой-то почвы под ногами не обнаружилось. Только каменные валуны и между ними россыпь камней помельче…

Рядом будто откашливаться начали - тихо, придушенно. Обернулся. Валун - пожалуй, мне до подбородка высотой будет, замерцал кривой линией, бегущей сбоку, как будто по нему полилась струйка светлой жидкости. Жидкость светилась, то ли утопая в камне, то ли всё-таки стекая по невидимому руслу. Вздох - и камень развалился на несколько обломков.

Оглядевшись, я отступил на каменную насыпь. Теперь, когда вроде со стороны никакой непосредственной опасности нет, можно и оглядеться. Но прежде обнаружил, что дышу часто и тяжело. Воздух слишком сухой и горячий. Кислорода явно не хватает. Ладно, хоть дышать можно. Вокруг оллфаги - все на камнях, тоже вертят головами, словно осматриваясь. На камнях?.. Я хотел осторожно дотронуться до ближайшего валуна, но за дюйма два от него руку отдёрнул. Камень полыхал жаром. Я неуверенно потоптался на мелочи под ногами. Жарковато, но терпимо. Неужели какая-то сила раскаляет валуны изнутри, заставляя их разваливаться в крошку?.. Риторический вопрос. Ответа мне всё равно не получить. Не лезть же, в самом деле, разглядывать эту жидкость поблизости - жидкость, проделывающую в валунах дорожки-границы, по которым камень послушно раскалывается?

Вздох и шипение слева. Нависший в мою сторону настоящий утёс метра в три угрожающе облился паутиной ручейков. Если сначала я, едва не раскрыв рот, смотрел, как потрескивает его поверхность, то секунды спустя, сообразив, что вся эта глыба вот-вот обрушится камнепадом, я поспешил прочь, старательно придерживаясь мест, где меня засыпать точно не может. Таких мест оказалось очень немного. Приходилось постоянно перемещаться.

Местность всё-таки странная. Камень. Везде горячий камень. И странное, серо-коричневое освещение. Если сравнивать, то только с дымным вечером. Дымным, но прозрачным. Непонятно, день - ночь ли.

За размышлениями и попытками определиться я уже машинально отступил от следующей глыбы, активно готовящейся к каменному обвалу. И почти сразу попятился от почти прямоугольного валуна, высящегося надо мной, как шкаф.

Тускло блестящая стрела свистнула мимо меня. Оллфаг.

Стая, которую я увидел, едва очутившись в этом странном месте, двигалась от камня к камню вместе со мной, перепрыгивая-перелетая с одной поверхности на другую. Кажется, раскалённая поверхность оллфагов не пугала.

До сих пор крыланы просто сопровождали меня, будто присматриваясь, куда я иду. Но с момента, как я попятился, вдруг оживились и принялись метаться вокруг меня, преимущественно за спиной. Один даже свалился на моё плечо. По тому, что он немедленно заглянул мне в глаза, я понял, что это мой личный оллфаг.

Вздрагивая от резкого шелеста за спиной, я затоптался на месте. Кой чёрт оллфаги начали водить вокруг меня хороводы?.. Рядом неровными зигзагами начал покрываться камень - слишком рядом, чтобы быть безопасным.