— Вы уж извините, что так получается. Я ведь ничего такого не имею в виду… Знаете, давайте непременно куда-нибудь пойдём на следующей неделе. Я вас сам найду, хорошо?

— Ну давайте, — сказал Кодзима и с тем удалился.

После его ухода Отака снова принялся выкладывать на прилавок пожелтевшие половинки кочанов, однако настроение было безвозвратно испорчено — какая-то тяжесть легла на сердце. Не то чтобы Кодзима был такой уж отталкивающей личностью. В конце концов он ведь его не критиковал, а всего лишь задал несколько вопросов. Тем не менее отчего-то у Отаки в душе остался пренеприятный осадок — он словно злился на себя самого.

И вот теперь управляющий Итимура остановился как раз напротив «уголка уценённых продуктов». Памятуя о вчерашнем разговоре с Кодзимой, Отака решил, что дело плохо, — не иначе, по его наводке…

Однако реакция начальства оказалась прямо противоположной его ожиданиям.

— Здорово, — одобрил Итимура и посмотрел на Исикари. — Вот где проявляется характер! Так и должен поступать настоящий торговец. Вот именно! Выбросить товар проще простого. А вот превратить его в ликвид, поработать над вопросом, уценить до десяти иен, чтобы сбыть, — это не каждый сможет!

— У вас и учимся, как надо торговать, господин Итимура!

— Вот-вот! — добродушно рассмеялся Итимура и похлопал Отаку по плечу. — Когда дорастёшь, займёшь пост повыше, старайся, чтобы ничего у тебя не залёживалось, чтобы с самого начала было неликвида поменьше.

Разговор таким образом сам собой закруглился.

— Ну, будь здоров.

Отака, чуть склонив голову, провожал начальство долгим взглядом.

Вернувшись с обеда, Отака в рабочем цехе магазина занимался сортировкой ценников, когда к нему снова подошёл Кодзима.

— Заняты? — приветливо поинтересовался он.

— Здравствуйте, — сказал Отака, не испытывая особой радости от этой встречи.

Ему бы хотелось под благовидным предлогом уклониться от беседы. Сортировка ценников была просто для виду, а на самом деле он устроился здесь, чтобы спокойно покурить в уголке рабочего цеха. Наверное, Кодзима заметил, как он тут расслабляется, — теперь волей-неволей приходилось с ним разговаривать.

К тому же, если верить слухам, Кодзима вскоре должен был занять важный пост в компании. Как-никак, он доводился близким родственником владельцам, братьям Исикари, и был, говорят, специально приглашён, чтобы в будущем стать топ-менеджером, преемником нынешнего руководства. Не стоило портить отношения с человеком, который в скором времени может стать твоим боссом.

Впрочем, и стремиться поближе сойтись с Кодзимой, чтобы впоследствии извлечь для себя пользу из этого знакомства, Отака отнюдь не собирался.

Сэйдзо Отака вообще не рассчитывал на блестящую карьеру в фирме «Исиэй-стор». Ему было вполне достаточно минимального дохода — только чтобы прокормиться.

Выкладываться и психологически напрягаться ради работы, которая является не более чем средством к существованию, было для него так же нелепо, как спорить со всеми, крича во весь голос о том, что, мол, тебе не нравятся правила игры в маджонг [12] , а может, и ещё нелепее.

Убеждённость Отаки в том, что усердной работой всё равно ничего не добьёшься, проистекала из его горького жизненного опыта.

В 1961 году Сэйдзо Отака после окончания средней школы устроился работать в небольшой супермаркет в своём родном городе Ниигата. Это был даже не супермаркет, а так, лавка всякой всячины. Если бы он взял в школе рекомендацию и поискал получше, то, наверное, нашёл бы занятие поинтереснее, но директор магазина г-н А. доводился дальней роднёй его отцу, а сам супермаркет был расположен совсем близко от дому, что как нельзя более устраивало Сэйдзо.

Отака проработал в этом месте шесть лет заведующим овощным отделом, не слишком надрываясь и даже получая от работы некоторое удовольствие. Хотя он и не горел на службе, но к своим обязанностям относился вполне добросовестно.

Во второй половине шестидесятых Отака уже считался лучшим заведующим отделом овощей и фруктов из всех трёх магазинов, принадлежавших фирме. Работу он привык воспринимать как некое неизбежное условие для поддержания средств к существованию. Оставшись в той же компании, он мог бы, наверное, со временем жениться и продолжать работать до гроба, будучи образцовым сотрудником фирмы.

Однако в ту весну, когда Сэйдзо стукнуло двадцать пять, с ним неожиданно произошла катастрофа. Впрочем, с точки зрения самого Отаки, называть случившееся катастрофой не стоило. Однажды он допоздна задержался в магазине. Все остальные уже ушли, когда вдруг откуда ни возьмись явилась жена директора. Она вцепилась в оробевшего парня и буквально изнасиловала его, после чего он поневоле стал её любовником.

Жена директора стала у Сэйдзо первой женщиной. Ему тогда было невдомёк, что дамочка просто решила временно его использовать, чтобы заполнить досуг, пока мужу в больнице оперировали желчный пузырь.