– Белов, что ты спрашиваешь? Ну, хоть ты не рви мне душу! Конечно, валить всех, кто попытается остановить колонну!

– Но если это будут…

– Владимир, заткнись, пожалуйста! Да, да, да! Если колонну попытаются остановить республиканцы, открываем огонь! Удастся отпугнуть, чтобы успеть сделать рывок, хорошо! Не удастся – стреляем на поражение!

– Командир, что везем-то? Откуда такая жестокость? – тихо спросил снайпер группы Олег Щербак.

– Золото! – резко ответил Сербин. – Испанское золото, которое должно попасть в Москву.

Щербак резко сел, едва не развалив старенький стул.

– Дошло до всех? – Сербин сорвался на крик. – И эта серьезнейшая операция проводится практически без подготовки, без разведки, без запасных вариантов! Без отработанных путей отхода, наконец…

– А может, они думают, что мы все погибнем в ходе операции? Тогда зачем нам готовить пути отхода? – тихо спросил Брусенцов.

– Скорей всего, так оно и есть… - подтвердил Белов.

– Кончай нытье! – приказал Сербин. – Всем готовиться! Брусенцов, придет автобус, загоните его под деревья, чтоб не торчал бельмом на глазу. Водителя сюда и не выпускать ни под каким предлогом!

Разведчики разошлись готовить оружие и снаряжение, хотя все было готово и перепроверено уже не раз.

Перед прибытием автобуса Сербин собрал разведчиков.

– Слушайте внимательно! В колонне размещаемся следующим образом: я – в кузове первой машины, у переднего борта. Машины, наверняка, тентованные, поэтому тент придется прорезать для стрельбы. Патрули выбиваем из «Парабеллумов» с глушителями, поэтому в кузове второй машины меня страхует Белов. Ну, вдруг у меня закончатся патроны, а перезаряжаться времени не будет…Третий «Парабеллум» будет у Дорофеева в конце колонны, на случай, если кто-то пожелает заглянуть в кузов последней машины. В третью машину с головы садятся два автоматчика и контролируют каждый свою сторону – это Брусенцов и Щербак. Остальные едут в автобусе и осуществляют прикрытие колонны на случай преследования. Оба пулемета – у них. Сейчас собрать все металлическое в доме и около, способное задержать пулю. Когда придет автобус, нужно будет плотно заложить металлом заднюю его часть.

– Командир, тут во дворе есть детская песочница. – подал голос Горбатенко. – Можно набить песком тряпки и поджать ими железо…

– Отлично! Занимайтесь!

С истинно испанской пунктуальностью автобус пришел в 18-40, известив всю округу о своем прибытии отчаянным визгом тормозов и громким выхлопом перегазовки.

ЗИС загнали под деревья, а водителя усадили пить крепчайший кофе, который он сам и сварил на всю команду. Пока он пил кофе, в автобусе кипела работа, превращая его заднюю часть в бронеплиту с бойницами…

Потянулось томительные часы ожидания…

Сербин по третьему разу обошел все углы огромной квартиры, поражаясь ее размерам, и, наконец, уселся около радиста, который все это время не отходил от рации. Трошин лишь мельком взглянул на Сербина и отрицательно покачал головой.

Леонид посмотрел на часы: 22-50, и покачал головой...

Он приоткрыл входную дверь и выглянул на улицу, сразу окунувшись в липкую духоту южной ночи… Оглушительно орали цикады… Где-то далеко, на северных подступах к столице Испании гремела канонада…