Шрифт:
И, повернувшись к Гене, уже другим, любезно-уважительным тоном:
– Здравствуй, дружка, господин! Ты приехал не один, С молодым князем! И позволь нам, дружка, знать – как молодого князя звать?Гена театрально важно:
– Молодого князя звать Владимиром!
И уже обращаясь к Воке, девушка спросила:
– Владимир, а и впрямь тебе нужна Виктория-краса?
– Очень нужна! – подтвердил Вока.
Девушка же продолжала:
– У дороги росла девичья краса Не в лесу, не на болоте, А прямо при дороге, Ехали бояре, у нас торговали, Да мы не продали; Для тебя сберегли, а нам давали: За каждый сучок – четвертачок! За вершинку – полтинку! За маковочку – рублёвочку! А с вас хотим дороже взять. Сберегли мы девицу для венца, А тебе, Владимир, хранить её до жизни конца!Тут уж сам Вока принялся раздавать окружившим его девчатам всё, что ещё оставалось в сумке. Торговавшаяся с ним девушка отошла в сторону, и Вока устремился к Вике, но не тут-то было: пока он раздавал конфеты, кто-то из девушек натянул в проходе шелковую ленту. И место торговавшейся подружки уже заняла другая девушка. Её голос зазвучал вкрадчиво и нежно.
– Здравствуй молодец прекрасный! Что ты хмур как день ненастный? Где ты был и что нашёл? И зачем ты к нам пришёл? Мы помочь тебе, конечно, рады, Но пройди-ка все преграды!Ленту эту… – Она чуть отошла в сторону и указала рукой на ленту. – Не порвать, не перелезть, не перепрыгнуть, ни железом не коснуться!
Как тебе невесты прикоснуться? Поразмысли-ка герой, Да блесни ума горой!– Пережечь, пережечь её надо! – шептала на ухо Гене Катюшка.
И кто-то из ребят уже протягивал зажигалку. Гена передал её Воке. Вока щелкнул зажигалкой и поднёс слегка коптящий бензиновый огонёк к ленте. Та, ярко вспыхнув, перегорела и опала, оплавившись на перегоревших концах. Вход в комнату был свободен. Вика извинительно улыбалась. Воке же казалось, что всей этой церемонии не будет конца и края. И вот, все преграды позади, перед ним – его невеста.
На Вике роскошное белоснежное платье, длинные до локтей белые перчатки, фата – тонкая, воздушная, кажется, выйди она на улицу, дунет ветерок и сорвет её с прически, и взовьется она белым голубем ввысь под самые облака… Вока даже оробел, увидев перед собой свою красавицу невесту. Свадебный наряд придавал Вике торжественности, она показалась ему далекой и недоступной, словно звезда в небе в холодную зимнюю ночь. Впрочем, это длилось лишь мгновение, пока она не улыбнулась милой и такой родной ему улыбкой…
Все что происходило в ЗАГСе, у Вики осталось в памяти, как туманный сон. В зале её и Володины родители, сестра Юля, – закончившая в этом году второй курс филфака и робко жмущаяся к ней Лерка, – самая младшая в семье, конфузливо взирающий по сторонам братишка Витька, улыбающаяся Надя, – сама добродетель и сдержанно царственная Наташа. Восхищенные взгляды Катюши, с которой они сдружились словно сестры. Братья Воки – Никита и Павел, рослые и степенные, со своими женами. Великолепно смотрелись Гена в темно-сером костюме и Аня в кремового цвета платье, которое так ей шло. Вопросы регистратора – дородной женщины с большой золочёной брошью на лацкане костюма и её торжественно важный голос; подпись в журнале регистраций, обмен кольцами и свадебный марш Мендельсона; сердечное поздравление регистратора и бурные поздравления родных и друзей. И вот – они уже сходят по ступеням ЗАГСа к свадебному кортежу. Казалось, что ещё совсем недавно по этим самым ступеням сходили Гена и Аня, а она и Вока, в белых перевязях свидетелей, шли за ними.
По традиции еще покружили по городу. «Ладу» вел Гена, возле него, на пассажирском сиденье – Аня. На заднем сиденье – Вока и Вика, рядом с Викой – напросившаяся к ним в машину счастливая Катюшка. На двух других машинах гостей увезли в студенческую столовую. Поколесив по центральным улицам, выехали к реке, и Гена остановил машину. Вока вышел и подал руку Вике. Она вышла из автомобиля, ветерок взволновал её белоснежное легкое платье, затрепетал фатой… Вика, придерживая, коснулась её рукой. Они подошли к бордюру, от которого вниз к реке мостились серые бетонные плиты. К ним приблизились Гена, Аня и Катюша. День был ясный, солнечный, жарко светило солнце. И над городом уже нависла отдающая плавленым битумом духота. От реки же веяло приятной прохладой. Как всегда у кромки воды – множество рыбаков. Некоторые, обернувшись и прикрыв ладонями глаза от солнца, смотрят вверх – туда, где ярко белеет Викино платье.
Гена приобнял Воку и Вику сзади за плечи.
– Пусть ваша жизнь будет такой же полноводной и спокойной, как эта река, – пожелал он.
До этого как-то не было возможности поздравить их наедине. И в этом дне, пожалуй, это был единственный удобный случай. Вока и Вика повернулись к нему.
– Спасибо, Гена! – обнял друга Вока.
– Спасибо! – привстав на носочки, Вика поцеловала его в щеку.
– И чтобы счастье ваше было таким же ярким, как в этом дне – солнце! – пожелала Аня, обнимая и целуя их по очереди.