— Беседующий вчера заполнил вакансию лорда Зеноса, — заметил однажды утром Танис, наблюдая, как руки гнома порхают над эскизом с кусочком угля.

— Кем? — спросил гном.

— Литанасом, конечно.

— Представляю, как это укрепило его ухаживания за леди Селеной, — заметил Флинт.

Танис кивнул.

— Ультен бродит с видом потерянной души, вздыхая и глядя на Селену, словно… — он подбирал подходящее сравнение. Внезапно его задумчивость нарушило цоканье копыт мула, и в открытой двери мастерской появилась Быстроногая, в ее прозрачных карих глазах светилось обожание. — …словно страдающий от неразделенной любви мул.

Смахнув с легким проклятием рисунок, Флинт перехватил создание, когда оно ступило копытом через порог. Ругая животное, он повел его обратно в сарай.

Когда стихло ворчание Флинта, Танис встал и подошел к столу. Свыше дюжины набросков, изображавших различные виды медальона, лежали на его деревянной поверхности. Флинт экспериментировал с различными комбинациями эльфийских символов — осиновыми листьями, конечно же, и другими элементами леса. Он даже набросал карикатуру на Портиоса, намекавшую на упрямство и силу, сделав акцент на постоянно недовольном выражении лица эльфийского лорда; Флинт нарисовал большую «X» через весь эскиз. Танис решил, что вариант, изображавший переплетенные осиновые, дубовые и ивовые листья, нравится ему больше всего.

Флинт протопал обратно в мастерскую и захлопнул дверь, невольно перекрывая доступ приятному бризу, облегчавшему летний зной. Из-за жары он снял свою обычную тунику и был одет только в легкие брюки пергаментного цвета и свободную рубашку, цвета яйца дрозда, собранную спереди и сзади и оставленную распущенной.

— Этот треклятый мул, — проворчал гном. — Я сделал четыре разных задвижки для ее стойла, и она справилась со всеми.

— Флинт, она обожает тебя. Знаешь, любовь преодолевает все, — прокомментировал Танис, пряча улыбку.

— Моя мама говорит «Любовь и деньги принесут тебе хрустящую булочку с сыром на воскресном рынке», — заметил Флинт, его внимание вернулось к рисунку.

Танис открыл, было, рот, чтобы прокомментировать наброски Флинта, и снова захлопнул его. Сбитый с толку, он уставился на гнома.

— И? — наконец спросил он.

— И? — эхом повторил гном, подняв кустистую бровь.

— И что это означает? — спросил Полуэльф.

— Один Реоркс ведает, — ответил Флинт, усаживаясь за стол и снова беря уголек. — Просто так говорила моя мама.

— А-а.

Флинт перевернул рисунки, чтобы Танис мог их увидеть.

— Какой тебе больше нравится?

Танис указал на переплетенные листья.

— Вот этот, но он слишком незамысловат.

Гном задумался над наброском.

— И я так считаю. Проблема в том, я не могу понять, из металла или из дерева делать медальон.

Танис вопросительно посмотрел на гнома.

— Кажется, — пояснил Флинт, — что дерево будет хорошим носителем — показывающим связь эльфов с природой. Но резной деревянный медальон будет похож на те березовые диски, что дети используют во время игры вместо монет. — Флинт развернул эскизы обратно к себе. — Не подобающее сходство, чтобы отпраздновать совершеннолетие наследника Беседующего.

— А как насчет стали? — спросил Танис.

Флинт, задумавшись, отрешенно пробормотал:

— Так-то оно так. Это драгоценный металл, но сталь производит впечатление холодности и бессердечности. Возьмем кулон твоей матери. — Танис коснулся эфеса меча, который он по-прежнему упрямо таскал повсюду с собой. — Он прекрасен, но… какой-то отстраненный. Красивый — и для тебя, ее сына, полон значения — но не теплый.

Полуэльф смотрел, как гном опустил лоб на руки.

— У меня осталось не так много времени, — пожаловался он. — Кентоммен наступит через две недели, а мне еще нужно отнести Беседующему эскизы на утверждение.

Когда Танис ничего не сказал, гном в последний раз потер глаза, встал и пересек жилище, подойдя к дубовому буфету, в котором стоял огромный поднос с малиной. Он воспользовался деревянным совком, чтобы наполнить ягодами две керамические чашки.

— Еще один подарок от Эльд Айлии? — простодушно спросил Танис. — Как та рубашка, в которую ты сегодня вырядился?

Флинт с подозрением уставился на Таниса.

— И что это должно означать?

— О, ничего. — Танис поднял руки, как бы сдаваясь.

Гном указал совком на Полуэльфа.

— Айлия стала хорошим другом. И, парень, должен добавить, что ты и сам провел изрядно времени с ней за последние две недели.

Танис зачерпнул ягоды из одной чашки и съел их.

— Не желаешь, чтобы я полил их сливками? — Флинт охлаждал продукты, включая молоко и сливки, запечатывая их в керамические кувшины и опуская те в родник на заднем дворе.

Гном отправил ложкой в рот изрядную порцию малины, закрыл глаза и медленно принялся жевать, бормоча: