Шрифт:
— На вполне законных основаниях. Пять грошей за проход…
— Каких пять грошей? Золотой! — возмутился Алеша. — А вы куда смотрели, охраннички? — набросился он на летучую мышь.
— Он так торговался, — растерянно оправдывалась мышь, — что проще было поверить в долг.
— А-а-а, — успокоился Алеша. — Золотой в долг?
— Нет, пять грошей в долг.
— Тьфу!
— У нас при себе просто больше не было, — пояснила мышь.
— Ты хочешь сказать, что это вы ему дали пять грошей?
— Ага, — подтвердила окончательно сбитая с толку мышь, — под проценты…
— Вот это хватка! — ахнул юноша. — Ну, с чем пришли? — повернулся он к Моисею.
— До нас дошли слухи, шо здесь скоро будет крупное дело, и мы…
— Решили войти в долю, — тут же сообразил Алексей.
— Приятно иметь дело с умным человеком, — расплылся Шмунк.
— А с какой стати я должен с вами делиться?
— Взгляните на это дело с другой стороны, — проникновенно произнес Моня. — Делиться будем мы. Будьте реалистом, молодой человек! У вас в этих делах нет никакого опыта, а я здесь вижу необъятный фронт работ!
— Шустрый… Как ты умудрился тут что-то увидеть? — насторожился Алексей.
— Пробежался по дорожкам, по замку…
— Что?!
— А шо тут такого? Табличек «посторонним вход воспрещен» нигде нет. Так вот, если мы объединим наши усилия, прибыль будет просто фантастическая! Это золотая жила, которую надо разрабатывать оперативно. Акция, как я понимаю, разовая.
Алексей грозно посмотрел на Шмунка. Моня, лучезарно улыбаясь, посмотрел на витязя, и оба поняли, что силы равны.
— Ваши условия? — начал торг Алеша.
— Три процента.
— Не-эт, три процента вам много, больше, чем на один, не согласен.
— Вы таки не поняли, уважаемый, три процента — это вам…
— Что?! Так, развернулись, и все свободны!
— Молодой человек, разве так говорят за коммерцию?
Закончившая инструктаж Яга с тревогой наблюдала за дальнейшим разворотом событий из окна Черного Замка. Высокие договаривающиеся стороны долго били себя кулаками в грудь, по очереди кидали шапку Мони наземь (у Алеши шапки не было, а окровавленную повязку ему было жалко), потом удалились за Калинов мост и еще долго о чем-то спорили в окружении размахивающих руками соплеменников Мони, пока в конце концов не ударили по рукам и ее дражайший сыночек, отплевываясь, не понесся прямиком в пещеру искать утешения у Ойхо. Он всегда так делал, когда был очень расстроен. Ведьма тоже поспешила спуститься вниз.
Алеша ворвался в пещеру разъяренный, сдергивая на ходу пулеметные ленты и повязку.
— Что случилось, сынок? — всполошилась ведьма.
— Иудеи пожаловали, чтоб им ни дна ни покрышки! Паршивый я все-таки коммерсант. Больше пятидесяти процентов с них выбить не смог.
У Ягуси от изумления чуть глаза не выскочили из орбит. Ойхо был поражен не меньше:
— Ой, мама… А я даже под угрозой смерти больше десяти процентов с них не выколачивал.
— Растет сынок, — всхлипнула от умиления Яга, — кормилец наш!
— Одно утешает, — постепенно успокаиваясь, бурчал под нос Алеша, — согласились даром рабочие места оформить, дополнительные палатки установить…
— Пойду из окошка гляну, — заторопилась Яга вверх. Через минуту она уже влетела назад. — Уже устанавливают. Только почему-то руками нашей нечисти с Лысой Горы, и самое интересное — нечисть им за это еще и денюжки платит.
— Что? — вскинулся Алеша. — У них остались деньги? Посмели утаить от фонда защиты родины? Сейчас разберусь…
— Не стоит, сынок. По-моему, главный иудей сюда чешет с пятьюдесятью процентами. Они из них быстрей остатки вышибут… Боюсь, правда, и из нас тоже.
— Это мы еще посмотрим! — Глаза Алеши сверкнули. — Так, батя, с охраной надо что-то делать. В размерах их, что ли, увеличь, чтоб попредставительней были.
— Будь спок, сынок. Сейчас забацаем.
— Ну а я пока займусь рекламными щитами.
— Васеньку к делу пристрой, — попросила Яга, — чтоб под ногами не путался.
— Есть у меня для него одна работка, — засмеялся Алеша. — Думаю, ему понравится. Да, а Вольфович где? Я его сюда послал.
— Вон в углу стоит, к доспехам привыкает.
Алеша посмотрел в указанном направлении. Из-под забрала гигантских доспехов Черного Рыцаря Смерти испуганно сверкали глаза Вервольфа. Оборотень покорно готовился отдать за родину жизнь, привыкая к латам.
11
Царевич Елисей мчался во весь опор, периодически сверяясь с картой в красочном буклете, обгоняя по дороге толпы крестьян, воинов, кареты князьков и баронов. Все спешили на выручку прекрасной принцессы Вионы, очарованные ее прелестями и приданым. Царевич Елисей тоже спешил, хотя на прелести заморской принцессы ему было глубоко начхать, как и на ее липовое приданое. Он ехал на встречу со своей суженой. Царевич еще в замке Черномора понял, чьих рук дело эти буклеты. Последняя встреча с Аленкой до сих пор стояла перед глазами.