— Слушай, ты, Клара Цеткин, я могу ломать тебя до утра. Вот сейчас переломаю тебе все кости, а затем вылечу. Потом опять поломаю и снова подлечу. Какой бы ты там крутой перец ни был, но ты мне все расскажешь. Ты меня понял, дядя? Так как, продолжим в том же духе или начнешь говорить? — закончил я свою угрожающую тираду и встряхнул его. Так-так, судя по выражению лица и мелькнувшему страху в глазах, угроза подействовала.

— Какая Клара? — пробормотал он растерянно.

— Здесь вопросы задаю я, а ты отвечаешь. Говорить будешь? — прозвучало избито, но для этого случая в самый раз.

— Буду, — пробурчал мужичок.

Закончив допрос, я сел напротив Олла переварить все, что услышал. А поразмыслить было над чем. М-да, вариантов с пленным немного: или отпустить и подставиться, или прирезать и сохранить инкогнито. Никто из храмовников и их шпиков не знает меня в лицо. Никто, кроме шпика, вот же дилемма. В бою зарубил бы, и черт с ним, а так… Ну, не дорос я еще до палачества, но и не отпущу — это однозначно. И тут я вспомнил случай с засадой. А что? Вариант, и вроде как все по правде. Стемнело, но света лун для боя достаточно. Вынув из кучи с оружием меч Олла, кинул ему клинок и пояснил:

— Бери, я даю тебе шанс, в отличие от тебя, когда ты давал отмашку своим орлам стрелять в меня.

Шпик быстро подхватил свою железяку и, стряхнув ножны, кинулся в атаку. Я мог бы ускориться при помощи изменения и все закончить, но не стал этого делать. Посмотрим, на что способен этот Олл. А тот, понимая, что все — трындец, крутился как юла и показывал хорошее владение мечом, но не такое, чтобы меня проткнуть. Вот соглядатай начал знакомую связку ударов. Отпрыгнув, пропустил рубящий удар, и мой меч, рубанув сверху, отсек Оллу руку, еще удар — и страшная рана перечеркнула ему грудь. Заливаясь кровью, мужик повалился на землю. Ну, вот и все, нападающие мертвы, а самое главное, ни на одном из них нет следов побоев или пыток. Все погибли в бою, незачем Азису знать, что я в курсе, кто на меня охотится. Стянув трофейные вещички в узел, отнес их к своему коню. Пошарив в седельной суме Олла, выудил из нее большой кристалл размером с кулак взрослого мужчины. О! При помощи этой штуковины они могут засекать в радиусе пяти километров мага, применившего силу Великой Матери. В храме Триединого в городе есть такой же, только больше раза в три. И этот крупный поисковик перекрывает город и большую часть пригорода. Пеленгаторы хреновы. Эх, жаль, лошадей не взять. Поснимав уздечки и седла, хлопнул одного из коней по крупу мечом в ножнах. Лошадь, заржав и взбрыкнув, рванула в лес, оставшиеся две устремились за ней.

Ночное зрение давало достаточную зоркость, чтобы ехать быстрее, да и дорога позволяла, но я не торопился. Где шагом, а где и легкой рысью, я продвигался по ночной дороге и размышлял о свалившейся на мою голову напасти. Правильно дух ведуньи предупреждал меня о церковниках. Придется теперь трижды подумать, прежде чем применять магию и силу богини в городе или пригороде. Мешок с трофеями был приторочен к седлу, кристалл лежал в поясной сумке. Доехав до реки, спрыгнул на землю и, достав эту проклятую стекляшку, размахнулся и зашвырнул ее как можно дальше. Теперь домой. Как я уже предчувствовал, мне предстоит разговор с Даго.

Конь мчал по ночной дороге, а я обдумывал то, что порассказал шпион перед смертью. Оставшийся путь прошел без происшествий. Значит, не соврал покойный Олл в том, что храмовый поисковик не достает до места силы, посвященного богине. К тому же в подобных точках слишком переплетены магические энергетические потоки. И поэтому даже если бы кристалл и доставал, то он не смог бы зафиксировать всплески энергии Великой Матери. Ну а еще он поведал, что таких точек в мире немало, и многие ведуньи и знахари, зная об этих местах, пытаются пользоваться божественной силой. Другое дело, что не у всех это получается, а только у тех, кому благоволят Великая Мать и Творец. И еще теперь я знал, почему нет больше на этом материке Пробужденных. При основании империи первыми Септимами церковь Триединого, пользуясь смутными временами и всеобщей неразберихой, активно боролась с ересью. В том числе с другими верованиями и инакомыслием. Императорам и королькам было не до церковных и религиозных разборок. Первым надо было задавить эльфов и всех тех, кто был под ними, да хапнуть больше земли. Вторым — сохранить свои земли или, на худой конец, стать вассалами набирающей силу империи.

Вот под эту церковную гребенку и попали немногочисленные и разрозненные ведуньи, оберегающие места силы богини. Боевиками целительницы были слабыми, но все равно перцу они карателям задали неслабо. Помимо ведуний существовала также немногочисленная каста посвященных, именующих себя Пробужденными. Это были в первую очередь маги-воины и лишь во вторую — целители. Они бродили по землям людей и занимались истреблением нежити, беря за это чисто символическую плату или не беря ничего. Помимо этого они занимались лечением, но только в том случае, если больной не был эльфом или человеком, посвященным Триединому. Если же человек или же не человек почитал Великую Мать и Творца, то ведуньи и Пробужденные помогали им в любом случае. Церковь потому и принялась за адептов этих богов, что вера начала набирать силу в простом люде, и не только в нем, но и среди благородных. Вот с этими Пробужденными церкви пришлось повозиться. Многие сотни боевиков и карателей полегли, прежде чем был погублен последний Пробужденный. Где открыто, а где привлекая наемников, но одиночек перебили. Кровавая бойня, устроенная карательному отряду ордена Следящих одним из самых сильных адептов богини прямо посреди империи, привлекла внимание тогдашнего императора. Последовали разбирательства и выяснение причин происшествия.

В результате император строжайше запретил иерархам церкви Триединого преследовать другие религии. Но к тому моменту последователей Великой Матери и так уже осталось мало. Возможно, все бы и затихло, если бы не одно «но»… Церковные ордена хоть официально и преследовали прорицателей, но имели своих предсказателей. Ведь удобно знать, где соломки подстелить, чтобы падать было мягче. Вот один из таких пророков и напредсказывал перед самой своей смертью. А предсмертные предсказания имели большую силу, чем те, что были сделаны при жизни. Большая часть предсказанного уже сбылась. Это смерть Халеда и его самых сильных учеников. Возникновение Кронга и, как результат, ослабление позиций церкви в этих землях. Было еще несколько громких и примечательных событий. Что интересно, церковники, зная о том, что грозит Халеду, даже не предупредили его.

Еще этот предсказатель напророчил, что придет иной Пробужденный и возродит веру в забытых богов. И станет это для церкви Триединого началом конца. Так как предсказания сбывались одно за другим, то и отношение к еще несбывшемуся стало особое. Главы орденов пристально следили за тем, чтобы не появлялись ростки старых верований. А если таковые появлялись, их как можно быстрее выпалывали. Если можно было пришить официальное обвинение в черной магии или человеческих жертвоприношениях, то действовали открыто. Если нет, орудовали чужими руками. Потом и этих свидетелей в расход, и концы в воду. Так была убрана ведунья, что передала мне знак и знания. Сам Олл не раз участвовал в устранении последователей Великой Матери и Творца и знал об этих делах немало.