«Что?» – Серхес явно этого не ожидал.

«Поединок! Поединок!» – на разные голоса завопили, заревели и зарычали драконы.

Ответный рев черного дракона содержал одни эмоции – нормально говорить Серхес не мог, его переполняли чувства. Его родственники, члены клана, попытались пробраться поближе, своими телами и распахнутыми крыльями заслоняя главу клана от нападения. Со стороны Хуррака точно так же стали сбиваться в группу те, кто прилетел с ним. Драконы других кланов поспешили либо опуститься на скалы, либо присоединиться к той или иной группе, дабы принять участие в судебном поединке. Шаманы всех кланов торопливо перебирались повыше, чтобы было удобнее следить за схваткой.

Судебный поединок состоял из двух частей: групповой схватки, когда клан шел на клан, и личной, когда сходились два вождя. Целью групповой схватки было не допустить их встречи. Тут в ход шли тычки, обманные маневры, угрозы, попытки сбить противника на землю. Можно было выдохнуть пламя, но нельзя было кусаться и рвать врага когтями. Здесь были все против всех, но вожди, как правило, не участвовали в этом бою, приберегая силы. Выбившиеся из сил драконы должны были сесть на землю сами – их не преследовали и тем более не убивали. Групповая схватка продолжалась до тех пор, пока в небе не оставались только драконы клана-победителя. Самой опасной травмой в таком бою был ушиб при чересчур жесткой посадке.

Но если вожди все-таки сходились, все остальные драконы были обязаны немедленно сесть на землю и не вмешиваться. Тут уж битва шла до тех пор, пока один из противников не запросит пощады.

Так должно было быть и в этот раз, но Хуррак не стал прятаться за спинами своих родичей, ожидая, пока ему расчистят дорогу к противнику. Сложив гребень, чтобы уменьшить сопротивление встречным потокам воздуха, он ринулся в сторону, по широкой дуге облетая драконов. Несколько бойцов Золотой Реки устремились за ним в погоню, чтобы постараться отогнать подальше, но, сложив крылья, Хуррак рыбкой нырнул в щель между скалами. Не решившись последовать за ним, преследователи отстали, делая крюк. Выиграв несколько секунд и клочок чистого неба над головой, вождь рванулся вверх.

Рядом захлопали крылья. Халлох! Малолетний предатель, про которого ходили слухи, что он уже пытался «жениться» на якобы дочери вождя. Вообще-то такое иногда случалось, но в жилах Хуррака текло несколько капель человеческой крови, а люди совсем не так относились к подобным «ошибкам». Тем более если речь касалась родного сына. Рыкнув, Хуррак выдохнул сгусток пламени, и, уворачиваясь от огня, молодой насильник закувыркался, теряя высоту. Его истошный вопль был перекрыт ревом зрителей – большинство драконов других кланов уже давно заняли места в «зрительном зале». И лишь несколько кружило поодаль, исполняя обязанности судей. Один судья устремился наперехват, поймал упавшего за кончик крыла зубами и помог опуститься на камни без особого вреда для здоровья. Летательная перепонка была пробита и порвана челюстями спасителя, но это лучше, чем перелом позвоночника от удара о камни.

Расправившись с противником, Хуррак опять ринулся на сближение с Серхесом. Ему попытались преградить путь. Одного он шлепнул крылом по морде, другого боднул макушкой в брюхо. Дракон получил такой удар, что от неожиданности выпустил весь воздух из воздушных мешков и был вынужден снизиться, садясь на скалу. Второй дракон кинулся догонять вожака, но тот уже проводил маневр, уклоняясь от третьего бойца Золотой Реки. Тот лег на крыло – и в него на полном ходу врезался первый преследователь. Перепутавшись крыльями, лапами и хвостами, два бойца еле-еле смогли выровнять полет, но потеряли высоту. Этим воспользовался Ррыэх, который несколькими шлепками крыльев по головам заставил обоих ретироваться. Правда, и ему вскоре пришлось отступить, когда на него напали сразу два бойца из клана противника.

Тем временем Хуррак рванулся вперед. Его кто-то ударил крылом, кто-то попытался загородить путь, чьи-то зубы клацнули в опасной близости от хвоста. Но вождь клана Ледяной Глыбы растолкал последний заслон и выпустил струю пламени в сторону зависшего в воздухе Серхеса.

Трубный рев судей возвестил о завершении общей схватки, и все бойцы обоих кланов устремились к скалам, спеша занять места получше. Несмотря на то что схватка должна была носить мирный характер, у некоторых на боках были заметны царапины и ссадины от когтей противника.

Расправив крылья, два вождя зависли друг напротив друга, изогнув шеи. Подхваченные восходящим потоком воздуха, они почти лежали на нем, сверля противника взглядами и изогнув шеи. Затем осторожно сблизились, касаясь рогов и наростов на голове, упираясь, словно собирались бодаться. В воздухе не за что зацепиться, так что все зависело от ловкости и проворства.

Серхес решил действовать первым; едва коснувшись рогами рогов противника, он стремительно выбросил шею вперед. Хуррака «повело». Он лег на крыло, чтобы выровняться, и почувствовал, как зубы врага прорвали перепонку. И ответил мощным ударом хвоста. Торчащие на нем шипы оставили на шее черного дракона несколько глубоких царапин, тотчас же наполнившихся кровью.

Серхес взревел, и ему отозвались с земли зрители – первая кровь была пролита. Но у Хуррака была повреждена перепонка крыла. Летать он мог, но ветер заставлял рану ныть, как больной зуб. Кроме того, слишком сильный порыв мог порвать ее дальше. Приходилось действовать осторожно.

Несколькими взмахами набрав высоту, Хуррак попытался снова достать врага хвостом, но потерпел неудачу – черный дракон сумел увернуться и вторично клацнул зубами, лишь чуть-чуть не прихватив заднюю лапу врага. Хуррак сделал пируэт, заходя сбоку и нацеливаясь на его крыло, но машущий во все стороны хвост заставил его отступить. С досады он выпустил струю пламени, не прицельно, ибо драконий огонь опасен даже для драконов, а убивать соплеменника не входило в планы вождя Ледяной Глыбы.